— Мама приедет завтра на неделю, я же говорил? — Андрей небрежно бросил эту фразу, доставая из холодильника йогурт.
Лариса замерла с кружкой кофе в руке. Утренняя тишина их уютной кухни внезапно стала звенящей, наполненной предчувствием беды. Она медленно повернулась к мужу, пытаясь осознать услышанное.
— Что значит «приедет на неделю»? Андрей, мы же договаривались…
— Ну что ты сразу заводишься? — он даже не поднял глаз от телефона. — Мама хочет помочь нам с ремонтом в детской. Она же дизайнер, забыла? Дизайнер. Лариса невесело усмехнулась. Валентина Петровна действительно когда-то работала в провинциальном ДК, оформляя стенды к праздникам. Теперь же она считала себя экспертом во всех областях, особенно в том, как правильно жить её невестке.
— Андрей, послушай… — Лариса села напротив мужа, стараясь говорить спокойно. — Твоя мама была у нас месяц назад. Две недели. Помнишь, чем это закончилось? Она переставила всю мебель в гостиной, выбросила мои любимые шторы, сказав, что они «мещанские», и довела меня до слёз своими постоянными замечаниями.
— Ты преувеличиваешь, как всегда, — Андрей наконец оторвался от экрана, и в его взгляде Лариса увидела знакомое раздражение. — Мама просто хочет как лучше. Она же не со зла. И вообще, это мой дом тоже, имею право пригласить родную мать.
Родную мать. Лариса прикусила губу. За пять лет брака она так и не стала для Валентины Петровны хоть сколько-нибудь родным человеком. Зато прекрасно изучила весь арсенал свекрови: от «милых» шуток про её кулинарные способности до прямых намёков на то, что Андрей мог бы найти жену получше.
— Конечно, имеешь право, — тихо сказала она. — Но хотелось бы, чтобы ты хотя бы спросил моё мнение. Мы же семья, Андрей. Должны принимать такие решения вместе.
— Да что тут решать? — он встал, демонстративно громко поставив кружку в раковину. — Это моя мама, она хочет навестить нас, помочь с ремонтом. Нормальная невестка была бы рада. А ты вечно недовольна. Может, проблема не в маме, а в тебе?
Слова ударили больнее пощёчины. Лариса смотрела на мужа — красивого, успешного, уверенного в своей правоте — и не узнавала в нём того заботливого парня, который пять лет назад часами мог слушать её рассказы о работе, мечтах, планах. Где он потерялся, тот Андрей? В какой момент превратился в маменькиного сынка, неспособного защитить жену от токсичного влияния матери?
— Знаешь что? — Лариса встала, глядя мужу прямо в глаза. — Ты прав. Проблема во мне. В том, что я слишком долго терпела неуважение в собственном доме. Но это заканчивается сегодня.
— Что ты несёшь? — Андрей нахмурился. — Ларис, не драматизируй. Подумаешь, мама приедет…
— Твоя мама может приехать, — перебила его Лариса, удивляясь собственному спокойствию. — Но я не буду терпеть её хамство, придирки и попытки управлять моей жизнью. И если ты не способен поставить её на место, защитить свою семью, то я сделаю это сама.
— Да как ты смеешь так говорить о моей матери! — взорвался Андрей. — Она тебе ничего плохого не делала!
