С этими квартирантами тоже были вечные проблемы. Первой поселилась мать -одиночка с двухлетней дочерью. На вид казалась спокойной и уравновешенной, а через неделю на нее стали жаловаться соседи. По ночам они слышали музыку, вопли и плач ребенка.
Петр провел с квартиранткой беседу, та обещала угомониться, но потом стало еще хуже— поселила без разрешения в их квартире своего сожителя и началось…
Следующих арендаторов выбирали уже с особой осторожностью и тщательностью.
Поселили иногороднего студента, за которого платили его родители. Лиля сходила пару раз, проверила, вроде все тихо и спокойно.
А через месяц— другой— дружки, компании. Смеситель в ванной сломали, стены в прихожей исчеркали. Пришлось и с ним вскоре расстаться.
Но платить ипотечные взносы нужно каждый месяц, банк ждать не будет. Поэтому решили чуть снизить цену за аренду и пустили к себе бабушку пенсионерку.
У той деньги водились, говорила, что дом в деревне продала и решила в городе пожить чуток, а там видно будет.
Вот на ней проблемы у пары и закончились. Платила Марья Ивановна всегда вовремя, с пенсии, а может дети помогали. Лиля с Петром только одному удивлялись— зачем одинокой старушке двушка в новом доме, могла бы и поскромнее устроиться.
— Какая нам разница? — за аренду платит, не шумит, грязь не разводит, — говорил жене Пётр, — угомонись уже. Бабушка не проблемная, чего нам еще надо?
— Пожила бы с дочкой, зачем такие деньги за съём одной платить, не понимаю, — отвечала ему Лиля.
Марья Ивановна жила— поживала, но однажды не ответила на телефонный звонок и Лиля решила зайти по пути с работы в их ипотечную квартиру и посмотреть, дома ли бабуля.
Но дверь ей открыла незнакомая женщина и сказала, что соседям звонить нужно два раза, а ей только один.
— Каким еще соседям и где Марья Ивановна? — испуганно спросила Лиля.
— Она тут давно не живет. Мы у нее снимаем комнату, а соседнюю— мужик командировочный.
Лиля, оттолкнув тетку, прошла в свою квартиру и увидела, что в дверях комнат врезаны новые замки.
И тут до нее дошло, что предприимчивая Марья Ивановна решила перездать квартиру сразу двоим квартирантам и поиметь с этого прибыль.
Лиля с Петром пожалели старушку, не стали драть с нее три шкуры, как другие собственники и та этим ловко воспользовалась.
Лиля срочно стала звонить мужу, тот приехал и стал разбираться. К вечеру в квартире никого не осталось, а на Марью Ивановну пара написала заявление в полицию.
Промучившись так три года, молодые, наконец, заплатили последний взнос за ипотеку. Ускорить процесс помогли подработки супруга, да и сама Лиля взялась мыть полы вечерами в ближайшей конторе.
Так общими усилиями ипотека была погашена и в новой двушке сделан бюджетный ремонт.
Казалось бы теща Нонна Кузьминична должна была радоваться, что наконец останется одна в своих четырёхкомнатных хоромах, но не тут то было.
— Долг платежом красен, — вдруг сказала она дочери за ужином.
Лиля сразу не поняла такого двусмысленного намека и решила промолчать.
