— Гречечка любимая. А меня два дня пичкали одной картошкой и квашеной капустой. Я теперь месяц буду вздрагивать при слове «капуста». Вам насыпать?
Я машинально кивнула.
— А где у нас сейчас хлеб?
Я достала из хлебницы пакет с бородинским, но вынимать из пакета хлеб не спешила.
— Послушай, Максим, эта игра мне наскучила. Давай сразу решим, что и как. А то я есть не смогу.
— Как скажете, — Максим взял у меня пакет, вынул буханку, стал резать. — Я слушаю.
— Вот слушай. Три года назад ты был моим мужем, собственно формально ты им и остался, ибо мы не разводились. Ты здесь, скажем так, изрядно насвинячил — и свалил. Я молила Бога, чтобы тебя больше не видеть, и вот ты спокойно заявляешься, и несёшь всякую хрень. Типа моя хата с краю, ничего не знаю. И что мне прикажешь делать?
Максим как-то странно затих, затем тяжело опустился на стул, в руке подрагивал нож. Я инстинктивно отпрянула к раковине. Максим глянул на нож, медленно положил на стол, отодвинул подальше.— Вы это вот серьёзно сказали?
— Вполне. Может, хватит придуриваться?
— Вполне, — протяжно повторил Максим, и я увидела, как он стал бледнеть.
Я вжалась в стену, рука уже машинально нащупывала швабру, стоящую в углу.
— Неужели, правда? — Максим со стоном вжал ладонь себе в лоб, резко тряхнул головой. — Это что в наказание за мой скепсис? Невероятно…
— Всё вот это, — Максим обвёл взглядом кухню. — Ошиблись вы Ксения: я не нёс, как вы выразились, хрень, я говорил правду. Свою. А вы свою. И наши правды не совпадали, потому что… потому что настоящая правда невероятная, фантастическая. И она гласит: я не ваш Максим. Я, — Максим нервно засмеялся, — из параллельного мира. Вот такая оказия.
— Я же просила не придуриваться!
— А никто и не придуривается. Действительная правда, Ксения, в том, что я журналист, работаю в журнале «Чудеса и приключения», сокращённо ЧиП. Два дня назад я поехал в командировку в область, в деревню со смешным названием Ряженка. Оттуда поступил сигнал, что в оврагах близ деревни открылась аномалия. Люди исчезают, просто растворяются в воздухе. И с концами. Я двое суток как проклятый лазил по этим оврагам, ничего не нашёл, махнул рукой и решил возвращаться. Заблудился, правда, только к утру вышел на трассу. На попутке добрался до станции и на электричке уже в город. Ещё там, на вокзале я почувствовал неладное: вроде всё то, но по мелочам отличается. Успокоил себя тем, что это от усталости, ноги промёрзли. А оказывается…я прошёл ту аномальную точку и не заметил. Вот такие коврижки, Ксения. И не смотрите на меня так, будто я опасный олигофрен. Примите, увы, реальность. У меня в куртке есть корреспондентское удостоверение, а в сумке, кажется, последний номер ЧиПа, там, на 43 странице моя статья. Если и это вас не убедит, тогда можете вызывать милицию. Потому что до утра я отсюда ни ногой. Вот доем эту гречку, потом покемарю основательно. Затем и буду думать, как вы сказали, что и как…
