Мозги вернулись. Шурочка открыла глаза и увидела, что целуется со старым лысым типом с идиотской улыбкой во весь рот. Она непроизвольно отшатнулась и сказала:
— Милый, я так тебя люблю!
— Сашенька, ясная моя, я хочу с тобой обвенчаться. Ты согласна?
— Вик, но ты же меня совсем не знаешь!
— Да! Да! Да! — и Шура расплакалась.
— Ну не бывает так в жизни! Это же не сказка про Золушку! Может я сплю? На следующий день Виктор привёл Сашу к дочери.
— Знакомьтесь — это моя дочь Таня, а это Саша.
Таня пригласила гостей в комнату, усадила перед телевизором, а сама вышла на кухню и через некоторое время позвала туда отца.
— Это моя хорошая знакомая!
— Пап, ты с ума сошёл?! Она же моя ровесница, в дочери тебе годится!
— Таня, ты ошибаешься, она намного старше тебя, у неё уже внучка есть!
Дочь посмотрела на отца с недоверием, но успокоилась. А когда за ужином Шурочка рассказала о своей семье и показала фотографию внучки, Таня прониклась к ней уважением и симпатией.
Шуре Таня тоже очень понравилась, но ещё больше понравилось отношение Виктора к дочери. Шура смутно помнила своего отца, и эта искренняя отцовская любовь, граничащая с обожанием, потрясла её, затронув какие-то скрытые струны души. Казалось, что все мужчины, когда-то покинувшие её, воплотились в одного человека. И этот человек — сильный, надёжный, самоуверенный — рядом.
— Господи, что это — награда или очередное испытание?! Но, что бы это ни было, пусть будет!
Шурочка представляла себя мухой увязшей в меду, когда каждое действие с целью вырваться на свободу приводит к прямо противоположному результату и отчаянию что-либо изменить.
И страшно, и сладко. — Вик, а когда мы пойдём к моим детям?
— Я не могу идти к твоим детям с пустыми руками. Вот заработаю — накупим подарков — и пойдём!
Шурочка предупредила детей, что придёт к ним в гости не одна и с подарками, и позволила себе вволю пофантазировать, перебирая в уме всё, что только можно подарить.
Но знакомство с детьми всё время откладывалось, зато Виктор познакомился с Сашиной мамой, а заодно осмотрел их маленький домик и двор, усаженный цветами.
— Мы бы могли здесь с тобой жить, — робко предложила Шура, — дом принадлежит маме, но я единственная наследница. А после маминой смерти мы возьмём к себе твою дочь.
Виктор внимательно посмотрел на будущую тёщу: «Этот жизнерадостный божий одуванчик ещё лет двадцать протянет!», а вслух сказал:
— Я в примаки не пойду!
С этого момента поведение Виктора несколько изменилось, он стал опаздывать на свидания и, разговаривая с Шурой, старался не смотреть ей в глаза.
— Вик, давай договоримся, если ты решишь со мной расстаться, скажи мне об этом открытым текстом! Я обещаю, что никаких истерик и упрёков не будет, мы расстанемся легко и радостно!
— Конечно, звёздочка! В воскресенье Шура пригласила Виктора к себе домой на романтический ужин. Она так спешила, что убрать в доме толком не успела, стол сервировала наспех, да ещё и плов разварился.
