Юлька в записной книжке у золовки значится как… Обноски…. А, у свекрови похлеще В мире, где лайки заменили поцелуи, столкнулись две противоположности: Юлька-паинька и Стёпка-рубаха. Она — тише воды, ниже травы, а он — душа нараспашку, балагур и весельчак. Сверкнула между ними искра, заискрило пламя, и вот уже свадебку закатывают. Без лишнего пафоса, скромненько и со вкусом — как Юлька хотела. Её родители, люди не то чтобы олигархи, но при деньгах, подарили молодым квартиру. Живите, детки, гнездитесь, плодитесь и размножайтесь! И вот, Юлька со Стёпкой свивают своё гнёздышко. Месяц медовый — розовые сопли, но дальше… Дальше начался настоящий балаган с цыганами и медведем. Спустя пару месяцев, как чёрт из табакерки, объявилась свекровь. Ольга Петровна — дама видная, с причёской «а-ля Пугачёва времён дискотеки 80-х» и взглядом, словно сканером — насквозь видит. То заявится без предупреждения: А я тут мимоходом, решила заглянуть, как вы тут живёте. И, тут же начинает командовать, будто она тут главная: Что это у вас стол пустой, как в голодный год? Где оливье, где селёдка под шубой? Я ж покушать люблю, да повкуснее! То позвонит среди бела дня: Юленька, тут у меня кран по-страшному течёт, ну ты ж у нас золотые ручки. Подскочи, а то всех соседей затопим! А тут ещё и золовка, Светочка, как заноза в одном месте. Девчонки поймут: Светочка — это стихийное бедствие в юбке-мини и на шпильках-небоскрёбах. То ей Юлькина золотая цепочка пригленулась: Ой, дай поносить, а то мне на тусовку, а надеть-то нечего! Что, тебе жалко, что ли?
То, она Юлькиным импортным кремом лицо намажет: Ой, Юль, не обессудь, он у тебя такой классный, кожа, как шёлк! У тебя ж ещё много, правда? Стёпа, мужик вроде не промах, а голова, как решето, тоже вляпался по самые уши. Только денег и отстегивалнет, по первому звонку от матушки или сестрицы: Стёпочка, сыночек, выручай! Светочке на сапожки, понимаешь, осенняя депрессия, а у меня давление скачет — на лекарства кровь из носу нужно! И, Стёпа, бедолага, последнее отдаст, чтобы родным угодить, чтоб не дай бог, не обиделись. Однажды, когда Юлька, как лошадь ломовая, вкалывала у свекрови, до блеска натирала полы (а та, как назло, телефон где-то посеяла), Ольга Петровна и говорит: Юленька, что ты тут ползаешь, как улитка? Позвони лучше на мой номер, помоги старушке, а то я совсем из ума выжила, куда я его засунула, убей — не помню! Юлька, телефон свой взяла, набрала…
