— Она была умнее всех вас, — тихо сказала Аня, — и знала, как проверить людей.
— Спасибо за психоанализ, — отмахнулась Таня, — ты вообще кто, чтобы нам тут читать мораль?
— Она хотя бы рядом была, — сказал Петя, не поднимая глаз.
После пяти часов работы стены медпункта приобрели цивильный вид. Медсестра, впечатленная, вышла с чашками чая на подносе.
— Ну, ребята, честно, не думала, что вы это осилите. Обычно такие приходят, делают пару фото и исчезают.
— Фотки еще сделаем, — пробурчала Таня, утирая лоб.
Аня подошла ближе, достала второй конверт и положила на стол.
— Что, опять? — в один голос простонали Петя и Владимир.
— Удивлены? — хмыкнула Катя, — ясно же, это только начало. Или вы рассчитывали, что наша смекалистая бабулечка на этом остановится?
— Может, это просто терапия? — пробормотал Петя, — семейная, через труд.
— Через труд — во двор бабушки, — прочитала Таня, — следующее задание: расчистить территорию, установить новую площадку для детей во дворе, чтобы имели где играть, а не кричали под окнами.
— Ну бабуля… — Петя в отчаянии схватился за голову, — это не бабушка — сержант в юбке. А че во дворе у этих детей нет родителей, мы то тут каким боком?
— А ты, кстати, качели-то умеешь собирать? — с усмешкой спросил Владимир.
— Откуда мне знать?! Я инженер, но не качельный!
— Отлично, инженер без инструментов, — усмехнулась жена, — все как всегда.
Работа заканчивалась, но конфликт только разгорался. Бабушкина игра начала вытаскивать наружу то, что годами прятали под улыбками. И впереди их ждал всего лишь второй уровень.
Вернувшись в город, семейство уже более коллективно решило, что второй тур квеста оставят на завтра. Поэтому грязные и уставшии, решили, что сначала надо набраться сил.
Утро следующего дня не сулило ничего хорошего.
— Вот и она, площадка имени Марии Ивановны, — вздохнула Таня, вылезая из машины, — кто бы мог подумать, что за квартиру в центре надо будет отрабатывать руками.
— Ну не руками же ты работаешь, — буркнул Петя, таща коробки, — у тебя как всегда слов больше, чем дела.
— Остынь, — вставил Владимир, заступаясь за жену и устало обводя взглядом площадку, — давайте просто сделаем и уедем. Мы с Таней с утра заказали почти все. Остается только собрать, вкопать и покрасить.
— Ага, «мы заказали», — пробормотал Петя, — надеюсь, в этот раз хотя бы шуруповерт не забыли.
Они выгрузили инструменты. Катя, конечно, предлагала нанять бригаду:
— Ну мы же не разнорабочие.
Но Аня, четко выполняя указания Марии Ивановны, напомнила им, что та написала в письме четко: только своими силами: «Чтобы каждый понял, каково это — делать что-то не ради выгоды, а по совести». Никто особенно не спорил. Упрямство Марии Ивановны все знали.
— Я просто не понимаю, — проворчал Петя, разглядывая инструкции, — зачем все это. Бабушка же знала, что у нас нет ни навыков, ни времени.
— Она знала, что у нас нет совести, — резко ответила Таня, — зато хватало наглости таскать нотариуса к ней домой.
