— Не удалась у тебя дочка! — провожая взглядом беременную сноху, нарочито громко протянула свекровь, — и посуду грязную со стола не сразу убрала, и салат крупно нарезала!
Сватьи сидели теплым августовским вечером в саду под яблоней, где был накрыт к ужину стол. Свекровь с наслаждением прихлебывала чай с медом, только что поданный Машей. Сегодня праздник — Яблочный Спас! Повод наведаться в гости к родителям невестки. Приехала внезапно. Гостинцев не привезла, вот еще! Сваты люди зажиточные, обойдутся…
Что ответила мать, Маша не расслышала, но эти слова стали последней каплей.
— Разведусь с Сергеем! Сил моих уже нет жить с этой мегерой! А он от своей мамы никуда!
Поженились они недавно. Сергей заприметил скромную и тихую Машу на дне рождения ее подруги. Белокурая, худенькая, с большими серыми глазами девушка сразу запала ему в душу. Да у него и возраст уже… Жениться пора, не всю жизнь вдвоем с мамой жить. А с ней еще не каждая уживется… Только вот такая робкая Маша.
Накануне Маша с мужем поссорились. Сергей объявил, что его на полгода отправляют в командировку. И жена, на седьмом месяце беременности, остается вдвоем со свекровью.
— Ну и уезжай! А я тогда к своим родителям поеду! С ней не хочу быть! — не соглашалась Мария.
Сергей надулся… Как и всегда, когда Маша демонстрировала неприязнь к свекрови… Уехал не простившись.
Маша жила у своих родителей. И вот тебе «радость» — мама Сергея и здесь ее достала…
— Маша, слышь! — не унималась зловредная старуха, — завтра сливы собери, варенья сварим!
— Ты, сваха, в своем уме? Она что, с животом по лестницам на деревья лазать будет? Тебе надо, сама собери, — вступилась за дочь мать… Но сильно не возмущалась, зачем портить отношения?
Назавтра к вечеру сливовое варенье было сварено и свекровь собралась домой.
— Маша, проводи меня к автобусной остановке! Старая я, варенье не донесу… Чай, трехлитровая банка… Я в молодости в твоем положении ведра с водой таскала! И ничего, вон какого мужа тебе родила!
Они спешили, боясь пропустить автобус. На спуске Маша не заметила небольшую ступеньку, из-за живота не видно было — и с размаху упала всем телом. Охая, поднялась. Вроде бы ничего… Все цело — руки, ноги. Только ссадина. Банка с вареньем разбилась вдребезги.
— Ох, банку разбила! Сколько трудов насмарку! Руки у тебя кривые, — зло шипела мама мужа, — ну и невестку Бог послал… Растрепа!
Посадив на автобус не перестающую браниться свекровь, Маша вернулась домой. Родителям ничего не сказала. Она предпочитала лишний раз их не расстраивать.
А ночью почувствовала неладное. Стали подтекать воды…
— Это роды! Только бы с ребенком ничего плохого не случилось… Семимесячные дети уже жизнеспособны… Пойду потихоньку в скорую… Тут недалеко, десять минут ходу. Родителей не буду поднимать, напугаются… У отца сердце слабое.
— Ты куда это собралась? — в комнате зажегся свет, в дверях стояла мама… Маша виновато опустила голову. Пришлось все рассказать.
Через двадцать минут подъехала скорая.
