— Отпуск подождёт. Сейчас важнее обустроить жильё.
Марина отошла в сторону, чувствуя полное бессилие. Её мамина квартира на глазах превращалась в чужое жильё, где командовала свекровь.
К вечеру квартира была неузнаваемой. Исчезла вся мебель Анны Михайловны, кроме нескольких стульев и старого письменного стола, который Марина буквально отвоевала. Галина Петровна расположилась в самой большой комнате, объявив её своей спальней.
— А мы с Пашей где будем? — спросила Марина.
— Во второй комнате, конечно! Третья будет гостиной. Нужно же где-то гостей принимать!
— Но третья комната — мамин кабинет…
— Была кабинетом! — поправила свекровь. — Теперь будет гостиной. И вообще, Марина, хватит ныть! Радоваться должна, что я взяла на себя обустройство квартиры!
Следующие недели превратились в кошмар. Галина Петровна полностью захватила власть в квартире. Она командовала ремонтом, выбрасывала вещи Анны Михайловны, невзирая на протесты Марины, и устанавливала свои порядки.
— С завтрашнего дня готовишь только то, что я скажу! — объявила она за ужином. — Твои eksperimenti с едой мне надоели. И Павлуше вредно есть всякую ерунду.
— Какую ерунду? Я готовлю обычную еду!
— Обычную? — фыркнула свекровь. — Вчерашняя курица была пересолена, а салат вообще есть невозможно было!
— Паш, ты же говорил, что всё вкусно! — Марина посмотрела на мужа.
Павел неопределённо пожал плечами.
— Ну, мама лучше знает, что полезно.
Галина Петровна довольно улыбнулась.
— И ещё! С понедельника я записалась на курсы массажа. Буду ходить три раза в неделю. Ты будешь отвозить меня и забирать.
— Но я работаю! — возмутилась Марина.
— Ну и что? Отпросишься на часок. Или возьми отгулы. В конце концов, я твоя свекровь, ты обязана обо мне заботиться!
— Что?! — Галина Петровна вскочила из-за стола. — Ты смеешь мне перечить? В моей квартире?
— Это не ваша квартира! Это мамина квартира!
— Которую она завещала тебе! А ты — жена моего сына! Значит, квартира семейная! И я, как старшая в семье, устанавливаю здесь правила!
Павел молчал, уткнувшись в тарелку.
— Паш, скажи хоть что-нибудь! — взмолилась Марина.
— Мам права, — пробормотал он. — Нужно уважать старших.
В тот вечер Марина впервые заперлась в ванной и разрыдалась. Она теряла всё — память о маме, свой дом, уважение мужа. Квартира, которая должна была стать её убежищем, превратилась в тюрьму.
Через месяц ситуация стала совсем невыносимой. Галина Петровна окончательно освоилась в роли хозяйки и начала принимать гостей. Её подруги приходили почти каждый день, и Марина должна была их обслуживать.
— Марина! Завари чай покрепче! И пирог порежь! — кричала свекровь из гостиной.
— И печенье принеси! То, которое вчера купила! — добавляла она.
Марина металась по кухне, стараясь всё успеть. На работе начались проблемы — она часто отпрашивалась, чтобы отвезти свекровь на её курсы или по магазинам.
— Марина Сергеевна, так больше продолжаться не может, — сказал ей начальник. — Вы срываете дедлайны, постоянно отсутствуете. Либо работа, либо ваши семейные дела.
