Вопрос повис в воздухе. Действительно, почему? Он обманывал меня месяцами, развёлся тайно, хотел оставить без средств к существованию… А я злюсь на себя.
— Я не умею злиться на других, — призналась я. — Легче винить себя.
— И как вам это помогает?
— Никак, — засмеялась я сквозь слёзы. — Только хуже становится.
Сеанс закончился, но что-то важное произошло. Впервые я позволила себе почувствовать не только боль, но и справедливую злость.
День, когда я нашла голос
Районный суд встретил привычной суетой и запахом казённого учреждения. Я сидела на скамейке в коридоре, перебирая документы, которые подготовила Наташа. Сердце колотилось, но не от страха — от решимости.
Константин появился за пять минут до заседания. Увидел меня, кивнул сдержанно, сел через проход. Мы не разговаривали.
— Дело о пересмотре заочного решения, — объявил секретарь.
В зале оказалось всего несколько человек. Судья — женщина лет пятидесяти — внимательно изучила материалы дела.
— Истец настаивает на пересмотре заочного решения о расторжении брака, — обратилась она ко мне. — Изложите ваши доводы.
— Ваша честь, я не знала о подаче заявления о разводе. Повестки направлялись по адресу, где я не проживала последние пять лет. В момент вынесения решения я готовилась к процедуре ЭКО как замужняя женщина. Имею справки из клиники.
Судья кивнула, посмотрела на Константина.
— Ответчик, подтверждаете ли вы, что не уведомляли супругу о подаче заявления?
— Подтверждаю, — ответил он ровно. — Но повестки направлялись по месту официальной регистрации истца.
— Которое вам было известно как недействительное, — добавила я, впервые за всё время почувствовав в себе силу. — Вы знали, что я там не живу.
Судья внимательно посмотрела на нас обоих.
— Заочное решение отменяется. Дело назначается к повторному рассмотрению через две недели. Стороны будут уведомлены надлежащим образом.
Константин встал первым, направился к выходу. У двери обернулся.
— Лена, это ничего не изменит. Развод всё равно состоится.
— Знаю, — ответила я спокойно. — Но теперь на моих условиях.
Он ушёл, а я осталась, собирая документы. Руки больше не дрожали. Впервые за долгие месяцы я чувствовала себя не жертвой обстоятельств, а человеком, который может влиять на свою судьбу.
Наташа ждала меня у здания суда.
— Решение отменили. Будет новое заседание.
— Молодец! — она обняла меня. — Видишь, как важно было не сдаваться?
Да, я видела. И это меняло всё.
Весна начинается с меня
Март в Новосибирске всегда обманчив — то снег, то солнце, то слякоть. Но сегодня, выходя из клиники репродуктологии, я не замечала погоды. В руках у меня были документы о готовности к новой попытке ЭКО, только теперь — как матери-одиночки.
Мама ждала меня у входа, кутаясь в тёплое пальто. Увидела меня — не спросила ничего, просто обняла крепко-крепко.
— Всё получилось? — шёпотом.
— Да. Теперь мне не нужно ничьё разрешение, чтобы стать мамой.
