Тамара поднялась со скамейки и пошла домой, стараясь не думать о том, что будет говорить Андрею сегодня вечером. Решение уже созрело где-то внутри, хотя она ещё не могла сформулировать его словами. Просто знала: сидеть сложа руки больше нельзя.
По дороге зашла в магазин, купила муки и капусты для пирога. Продавщица улыбнулась и сказала, что Тамара сегодня какая-то особенная — светится изнутри.
«Если бы знала», — подумала Тамара, расплачиваясь.
Часы на кухне пробили половину одиннадцатого — Тамара запомнила это время потом на всю жизнь. Она шла по коридору с кружкой тёплого молока с мёдом, который всегда пила перед сном со времён детства, когда услышала приглушённый голос из Андреевой комнаты. Он говорил по телефону, и дверь была не до конца закрыта.
— Да нет, всё нормально. Скоро оформим, пусть спокойно живёт, она и не заметит… Ну как не заметит? Я же сказал — сделаем это красиво. Придумаем какую-нибудь историю про налоговые льготы или ещё что…
Кружка чуть не выскользнула из рук. Горячее молоко плеснуло на пол, и Тамара почувствовала, как оно обжигает ногу через тапочек. Она застыла у двери, не дыша, прижимая кружку к груди.
— Да понимаю я! Ты думаешь, я не понял, что если появятся другие наследники, будут проблемы? Вот поэтому и делаю всё заранее. Мать сейчас здоровая, квартира хорошая, в центре. Пока цены растут, надо успеть… Нет, это не жадность, это разумный подход к жизни!
Сердце билось так громко, что, казалось, он должен был услышать за дверью. Тамара медленно попятилась к кухне, ступая на цыпочках, чтобы не выдать себя.
— Да какая разница, что она подумает! Она же не знает рыночную стоимость квартир в этом районе. Скажем, что это для её же блага — меньше налогов платить будет… Нет, мама про документы не знает. Я же не идиот, чтобы раньше времени говорить…
Тамара добралась до кухни и поставила кружку на стол. Молоко было уже холодным, по полу расползалось мокрое пятно, но она не замечала. Просто уставилась в пустоту, пытаясь осознать услышанное.
«Она и не заметит». «Придумаем историю». «Пока цены растут». «Не идиот».
Каждое слово било как пощёчина. Сколько раз за последние месяцы он спрашивал, где она хранит документы на квартиру, свидетельство о собственности. Говорил, что для порядка, на всякий случай, мало ли что может случиться. Она всегда отвечала: «В банковской ячейке, сынок. Там надёжнее, чем дома».
Теперь понимала, почему он так настаивал, почему интересовался, в каком именно банке, под каким номером ячейка.
Тамара достала из тумбочки в спальне папку с важными бумагами. Паспорт, свидетельство о собственности, две сберкнижки, медицинский полис, завещание покойного мужа. Всё было на месте. Он не добрался до этих документов — пока не добрался. Спрятала снова, теперь в другое место — между полотенцами в бельевом шкафу.
