Говорит, что мы нищеброды, что родственниками ее называться не заслуживаем.
Я лично с ней уже давно не общаюсь, братья и сестра пока ещё держатся. Но, думаю, после этой выходки и они отправят Клавку куда подальше. Совсем уже она обнаглела!
Нина поначалу не хотела ввязываться в открытый конфликт и думала промолчать, ничего Клавдии по поводу её недавнего похода к нотариусу не говорить, но всё же не выдержала — позвонила:
— У тебя совесть вообще есть? Я не пойму, Клава, ты чего добиваешься? С тобой и так никто не общается, а сейчас и братья с Лидой отвернутся!
Неужели тебе не стыдно вот так вот себя вести? Ты — бабка давно, у тебя внуки! А ты ходишь по организациям, врёшь бессовестно, лишь бы только копейку лишнюю урвать!
— Я требую то, что мне и так положено, — нагло ответила Клавдия, — и всё равно добьюсь, чтобы дом мне достался! А если не достанется — так я лучше его спалю!
Можешь мои слова и Лидке, и братьям передать!
От Клавдии откупились деньгами — старший брат, Борис, выкупил у неё её долю.
Клавдия несколько раз пыталась приехать на лето в родительский дом и очень возмущалась, когда её с детьми, невестками, зятьями и внуками туда не пустили.
