После смерти отца Даша с мужем решили продать дом в деревне. Даша ждала ребёнка, нужны деньги, чтобы купить квартиру побольше.
Стоял тёплый сентябрь. Даша смотрела на деревню и не узнавала. За год понаставили высоких заборов, на месте старых развалюх появились новые дома с разноцветными крышами. Только их дом остался прежним.
Стас остановил «Тойоту» перед крыльцом. Даша вышла из машины и потянулась. Тихо, а от чистого воздуха даже закружилась голова. Она отперла входную дверь и вошла в дом. Он показался ей каким-то съёжившимся, тесным.
Целый год в нём никто не жил. После смерти мамы отец приезжал сюда один. Участок большой, но он ничего не сажал, ходил в лес, на рыбалку. Он и в прошлом году рвался сюда, хотя уже болел сильно. Говорил, здесь дышится легче, воздух лечит.
В начале мая они привезли его сюда. Только в доме Даша поняла, как сдал отец. Не сможет он жить здесь один. И она уговорила его вернуться с ними назад, в город. Через месяц он слёг, а в конце сентября умер.
Они со Стасом жители чисто городские, не будут сюда приезжать часто. Далековато от города, да и отпуск привыкли проводить на море. А без постоянного пригляда дом начнёт разрушаться. Он уже выглядит заброшенным. Вот и решили продать, пока он ещё крепкий и ухоженный. Если с возрастом и заскучают по тишине и деревенскому воздуху, то купят дом поближе к городу.
На глазах Даши выступили слёзы от навалившихся воспоминаний. Дом остался в наследство от бабушки с дедушкой. Сначала умерла мама, потом один за другим ушли бабушка и дедушка, а в прошлом году отец.
Даша стояла перед портретом молоденькой девушки на стене. Стас внёс сумку с вещами, подошёл к Даше, обнял сзади.
— А я не видел у тебя такой фотографии. Сколько тебе на ней? — спросил он, глядя на снимок.
— А это не я, это мама. По-моему, ей здесь шестнадцать или семнадцать, в школе ещё училась.
— Ты на неё очень похожа. Я подумал, что это ты. — Он заглянул ей в лицо. — Давай ведро, я схожу за водой, и ты вскипятишь воду на чай.
Даша хлюпнула носом и пошла на кухню. Вернулась она с цинковым ведром.
— Оно перевёрнутое стояло. Но ты сполосни его. Колонка через два дома от нас, — сказала она, подавая ведро мужу.
— Да помню я. — Стас вышел из избы, поскрипывая пустым ведром.
Даша вернулась на кухню, включила электрическую плитку, но та не загорелась. «Пробки вывернуты», — вспомнила она. Пробки стояли на полке под счётчиком в комнате. Она ввернула их, потрогала ладошкой — металлический диск нагревался.
Даша осмотрелась. Ничего она не будет брать отсюда, разве что мамину фотографию. Надо к соседям сходить, предложить, может, кому вещи понадобятся.
После чая Даша зашла к соседке. Их дома не разделял высокий забор.
— Продавать будете? — спросила соседка тётя Таня.
— Да, — кивнула Даша.
— Зайду, посмотрю, правда, своего барахла хватает. Другим сказать?
— Конечно, — обрадовалась Даша.
