Света могла ожидать от своей матери многого, но вот таких заявлений она, пожалуй, не ожидала никогда. И ведь не смущало эту женщину, что все годы она упрекала дочь, а теперь пришла просить о подобном.
Она надеялась, что дочь действительно отдаст дом, на который долгие годы работала не покладая рук. Но Света не была готова к такой наглости со стороны матери. Она собрала всю свою силу в кулак, чтобы наконец-то дать ей полноценный отпор.
— То есть все эти годы ты меня презирала, оскорбляла, принижала мои заслуги, не давала мне проводить время с друзьями, скидывала на меня воспитание Никиты, а сейчас просишь о том, чтобы я отдала свой дом мечты ему? Я правильно тебя понимаю?
— Да, но это еще не все, подожди.
Лариса Анатольевна отошла на пару минут, а пришла уже не одна. За ней шло несколько человек.
Света сразу поняла, что она впустила на ее участок Никиту, его жену и трех детей. Они шли в ее сторону.
— Спасибо, Свет, что согласилась дать нам этот прекрасный дом. Нам с детками тут будет просто прекрасно — столько простора для их развития и творчества. Вон — они уже играют!
Света увидела, как один из детей руками вырывал куски идеального газона. Она хотела его остановить, но ее перебили.
— Ты не переживай, мы отлично проследим за участком и домом, можешь иногда в гости приходить и любоваться. Мы же родные, мы никогда не откажем.
Никита обратился к матери.
— Видишь, я всегда тебе говорил, что она хорошая и никогда не откажет. Мы же все-таки семья.
Жена Никиты, которая пыталась натянуть фальшивую улыбку, обратилась к Свете.
— Да, спасибо вам, Светлана. Мы с детишками тут так заживем! Приходите обязательно на чай и просто так в гости. Как же хорошо, когда есть такие понимающие родственники!
Бедная Света была уже на грани психического срыва. Она уже понимала, что сейчас выскажет все, что думает о них, просто ей было интересно, что же еще попросят ее «дорогие» гости.
Как оказалось, платить за дом должна будет Света, ведь Никита не потянет оплату, да и работает он простым грузчиком.
— А детишки столько денег отнимают, вы бы знали! И игрушки купи, и вкусности всякие. И ведь просят и просят!
Жена Никиты пыталась говорить как можно трагичнее, чтобы надавить на жалость Светы.
Сделав вид, что она подумала, хозяйка дома ответила.
— Эх, ладно, что уж тут поделаешь.
Лариса Анатольевна тут же обрадовалась. Она, видимо, не была уверена, что ее дочь согласится, но была рада, услышав согласие. Но Света продолжила.
— Ладно уж, я не буду вызывать полицию из-за того, что эта женщина пустила ко мне во двор неизвестных мне людей. Я не буду писать заявление из-за испорченного газона, из-за перекошенных камней в саду, из-за сорванного цветка, который стоит больше, чем зарплата моего горе-брата.
— Но я не буду этого делать только потому, что сейчас почувствовала себя так хорошо, как никогда раньше. Мне так приятно осознавать, что ей в этой жизни некая справедливость. Все мои старания, все мои мучения были лишь испытанием перед истинным комфортом.
