— Лесь, ну что ты сразу так? — Андрей растерянно замялся. — Это же не навсегда, просто помочь надо. Сестре с работой не везёт, без прописки её не берут…
Олеся почувствовала, как внутри всё закипает. Они стояли посреди их маленькой кухни, где пахло свежесваренным кофе и ещё витали отголоски утреннего уюта. Но сейчас уют стремительно испарялся. Андрей, с его добрыми глазами и привычкой всё улаживать, смотрел на неё так, будто она отказывала в чём-то пустяковом. А для неё это был вопрос принципа. Её квартира. Её пространство. Её границы.
— Андрей, — она старалась говорить спокойно, но голос всё равно дрожал от сдерживаемого раздражения, — это моя квартира. Я её покупала до свадьбы, на свои деньги. И я не хочу, чтобы в ней кто-то ещё был прописан. Точка.
Он вздохнул, провёл рукой по волосам, и Олеся заметила, как в его взгляде мелькнула обида.
— Это моя сестра, Лесь. Моя семья. «Разве это чужие люди?» —спросил он тихо.
Олеся отвернулась к окну. За стеклом шумел осенний дождь, стуча по подоконнику, словно подчёркивая напряжение в комнате. Она любила Андрея. Пять лет брака, общие мечты, планы о ребёнке… Но его семья? Это была другая история. Сестра Андрея, Наташа, и её муж Игорь вечно попадали в какие-то передряги. То кредиты, которые они не могли выплатить, то внезапные переезды, то просьбы «одолжить немного до зарплаты». И каждый раз Андрей, как верный старший брат, бросался на помощь.
— Я понимаю, что это твоя семья, — медленно начала Олеся, подбирая слова. — Но почему их проблемы всегда становятся нашими? Почему я должна рисковать своей квартирой ради их очередной авантюры?
— Это не авантюра, — возразил Андрей, и в его голосе послышалась нотка раздражения. — Наташе нужна прописка, чтобы устроиться на нормальную работу. Без неё её даже на собеседование не зовут. А Игорь… он тоже ищет варианты.
— Игорь? — Олеся резко повернулась к нему. — Ты серьёзно? Тот самый Игорь, который полгода назад обещал «вернуть долг с процентами» и исчез?
Андрей поморщился, словно от удара.
— Лесь, люди меняются. Они правда стараются наладить жизнь.
Она покачала головой, чувствуя, как внутри растёт комок обиды. Андрей был идеальным мужем — заботливым, надёжным, с ним она чувствовала себя в безопасности. Но как только дело касалось его родственников, он словно переставал видеть реальность.
— Давай так, — наконец сказала она, стараясь звучать твёрдо. — Я подумаю. Но не обещай им ничего, пока мы не договоримся. Хорошо?
Он кивнул, но Олеся видела, что он не доволен. И это молчаливое недовольство повисло между ними, как тяжёлый осенний туман.
Утро следующего дня началось с привычного ритуала: Олеся варила кофе, Андрей листал новости на телефоне. Но тишина между ними была непривычно тяжёлой. Обычно они болтали о мелочах — о планах на выходные, о новом сериале, который начали смотреть. Сегодня же каждый звук — стук ложки о чашку, скрип стула — казался громче обычного.
