— Лесь, ты что, начиталась детективов? Какие кредиты? Это просто для работы!
— Не ври, — отрезала Олеся. — Я поговорила с Катей. И я видела документы. Если ты думаешь, что я позволю вам использовать мой адрес для ваших махинаций, ты сильно ошибаешься.
— Да ты… — начала Наташа, но Олеся не дала ей договорить.
— И ещё. Если ты попытаешься втянуть Андрея в это, я сделаю всё, чтобы ты пожалела. Он твой брат, но он мой муж. И я не позволю вам разрушить нашу жизнь.
Она сбросила вызов и выключила телефон. Сердце колотилось, но внутри было странное чувство — облегчение. Впервые за долгое время она почувствовала, что может защитить себя. Свой дом. Свои границы.
Когда Олеся вернулась домой, Андрей всё ещё сидел на кухне. Папка была открыта, он листал документы, и его лицо было мрачнее тучи.
— Лесь, — начал он, как только она вошла, — я прочитал. Ты права. Это… это не просто прописка. Там что-то про залоговое имущество, про кредитные обязательства. Я… я не знаю, как мог быть таким идиотом.
Олеся посмотрела на него, и её сердце сжалось. Он выглядел потерянным, как ребёнок, которого обманули. Она хотела обнять его, сказать, что всё будет хорошо, но вместо этого просто села напротив.
— Что ты собираешься делать? — спросила она.
— Я позвоню Наташе, — твёрдо сказал он. — И скажу, что никакого согласия не будет. И… я извинюсь перед тобой. Ты не должна была через это проходить.
— Это не только про меня, — тихо ответила Олеся. — Это про нас. Про то, как мы строим нашу семью. Я не хочу, чтобы твои родственники решали, как нам жить.
Он кивнул, и в его глазах мелькнула решимость, которой Олеся давно не видела.
— Я поговорю с ней завтра. И с Игорем. И если надо, я сам разберусь, что они задумали.
Олеся хотела поверить ему, но в глубине души знала: разговор с Наташей — это только начало. Что-то подсказывало ей, что родственники мужа так просто не сдадутся. И когда на следующий день раздался звонок в дверь, она почувствовала, как холодок пробежал по спине. Кто-то стоял на пороге, и это было только началом новой бури…
Звонок в дверь прозвучал резко, как выстрел. Олеся замерла, держа в руках полотенце, которым вытирала посуду. Андрей, сидевший за кухонным столом, поднял голову от телефона. Их взгляды встретились — в его глазах мелькнула тревога, в её — решимость.
— Кто там? — крикнула Олеся, стараясь, чтобы голос не дрожал.
— Это я, Наташа! — донеслось из-за двери. — Лесь, открой, надо поговорить!
Олеся почувствовала, как внутри всё сжалось. Она бросила полотенце на стол и посмотрела на Андрея.
— Ты её звал? — спросила она тихо, но с явным напряжением.
— Нет, — он покачал головой, вставая. — Клянусь, я ничего не знал.
— Тогда какого чёрта она здесь? — Олеся скрестила руки на груди. — Я же ясно сказала вчера, что не хочу её видеть.
Андрей вздохнул, потирая виски.
— Лесь, дай мне разобраться. Я открою.
— Нет, — она шагнула к двери. — Это мой дом. Я сама.
