— Что ты сказал? — Лена замерла, держа в руках стопку свежевыглаженных рубашек мужа. Её голос был тихим, но в нём звенела тревога, готовая вот-вот сорваться в гнев.
Сергей стоял посреди их уютной кухни, уперев руки в бока, будто уже всё решил. За окном моросил октябрьский дождь, барабаня по подоконнику, а в квартире пахло свежесваренным кофе и горячим яблочным пирогом, который Лена испекла утром. Этот запах обычно делал их субботы тёплыми, домашними. Но сейчас он казался чужим, как будто уют их маленькой квартиры на окраине вот-вот разлетится в щепки.
— Я сказал, что мама переезжает к нам, — повторил Сергей, глядя куда-то в сторону, Ей одной тяжело. Возраст, здоровье… Ты же знаешь, как она мучается с коленями.
Лена медленно положила рубашки на стол. Её пальцы чуть дрожали, но она старалась держать себя в руках. Светлана Ивановна, её свекровь, была женщиной, мягко говоря, непростой. Властная, привыкшая командовать, она всегда знала, как «правильно» варить борщ, воспитывать детей и даже — о, боже! — расставлять мебель в чужой квартире. Лена вспомнила, как на прошлый Новый год свекровь, приехав на три дня, переставила их диван, потому что он «не по фэншуй». И это был только один эпизод из длинной череды её «улучшений».
— Серьёзно, Серёж? — Лена скрестила руки на груди. — А ты не подумал, что, может, стоило сначала со мной это обсудить?
Сергей нахмурился. Его тёмные брови, которые Лена так любила, сейчас делали его похожим на обиженного мальчишку, которого застали за проказой.
— Лен, ну что обсуждать? — он пожал плечами. — Это же моя мама. Не на улицу же её бросить.
— Никто не говорит про улицу, — Лена старалась говорить спокойно, но внутри всё кипело. — Я просто хочу понять, почему ты решил всё за нас двоих. Это наш дом, Серёжа. Наш.
Он вздохнул, потирая виски, как будто это Лена была источником его головной боли.
— Ты преувеличиваешь. Мама не будет нам мешать. Она тихая, спокойная. Посидит дома, поможет с хозяйством.
— Тихая? Спокойная? — Лена не удержалась и фыркнула. — Твоя мама? Та самая, которая на нашей свадьбе учила диджея, как правильно ставить музыку, потому что «эта попса для молодёжи, а людям постарше нужно что-то душевное»?
Сергей невольно улыбнулся, но тут же посерьёзнел.
— Лен, я серьёзно. Ей нужна помощь. Я не могу смотреть, как она там одна, в своей двушке, еле ходит.
Лена отвернулась к окну, глядя на серую пелену дождя. Ей хотелось кричать, но вместо этого она только сильнее сжала губы. Пять лет брака, общая ипотека, мечты о ребёнке, которого они пока откладывали из-за нехватки денег, — всё это было их маленьким миром, который они строили вместе. И вот теперь этот мир собирались перевернуть с ног на голову, потому что Сергей решил, что его мама важнее их общего комфорта.
— Хорошо, — наконец сказала она, и её голос прозвучал холоднее, чем она ожидала. — Если ты так решил, то я начну собирать твои вещи.
— В смысле? Какие вещи?
