— И что? Ты хочешь сказать, что твоя жена всю премию спустила? До копейки? — прищурилась Таисия Павловна, утирая руки полотенцем, хотя ничего не мыла. — Мама, ну я не знаю, — буркнул Анатолий, отворачиваясь. — Может, не всю. Оксана мне не докладывает. Она вообще не обязана мне отчёты составлять.
— А, то есть теперь муж у нас — никто? — вспыхнула мать. — Она там деньги зарабатывает, а ты сидишь, смирно молчишь? — Мам, ну чего ты начинаешь? Я и так не в лучшей форме. Спасибо бы сказал, что она меня не выгоняет, пока я работу ищу. А ты — «отчёты, отчёты»… Какая поездка, какие деньги? Я просто подумал, что Оксана поможет, вот и всё.
— Подумал он! — фыркнула Таисия. — Сынок, жена — женой, а семья твоя — это мы с отцом. И помогать родителям надо. Ты у меня не безрукий, не пропадёшь. Хватит сидеть в тени у жены. Мужчина должен руководить, а не позволять, чтобы им верёвки крутили.
Толик с досадой махнул рукой, вышел на балкон и закурил. Во дворе, как назло, кто-то заводил старую «десятку» — громко, с визгом. Осень в этом году выдалась холодная, промозглая. Октябрь тянулся серыми днями, как старое одеяло без рисунка.
Он вдыхал дым и думал, что мать, конечно, права — в чём-то. Но вот не лежала у него душа к этим «главенствующим позициям». Да и что теперь главенствовать, если жена одна тащит семью? Сам виноват: привык к комфорту, к своей прошлой работе, где уважали, платили исправно. А теперь — подработка тут, подработка там. Мелочь, а не жизнь.
«А Оксана-то ведь тоже устала… — мелькнула мысль. — Вечно я с этим поиском работы. Может, и вправду она решила, что пора деньги держать при себе?»
Но стоило вспомнить, как мать вчера почти плакала, рассказывая, что поездка к Митяшкиным — мечта всей осени, как внутри у него что-то ёкнуло. Он ведь обещал. Сказал — жена поможет. Своим словом теперь выходит, опозорился.
Пару дней назад всё было иначе. Он прибежал к матери воодушевлённый, глаза горели, слова — одно за другим: — Мам, прикинь, меня зовут в одну крупную фирму! Должность — менеджер по продажам! Зарплата — будь здоров. Всё, скоро снова встану на ноги. — Вот и славно, сынок! — обрадовалась она. — А поездка-то к Митяшкиным, выходит, состоится? — Конечно! Оксана премию получила, я ей скажу, чтобы помогла с расходами.
Мать всплеснула руками: — Вот это да! Слава Богу, значит, едем!
С тех пор она жила этой мыслью — перебирала в шкафу платья, гладила старую юбку, звонила Лидии, обсуждала, что подарить младенцу. Всё вроде бы шло своим чередом. До сегодняшнего звонка.
— Мам, всё накрылось, — хрипло произнёс Анатолий в трубку. — С работой — пролёт. Место отдали своему. — Да что ты! — расстроилась она. — Не переживай, сынок. Значит, не твоё. Всё образуется. — Образуется… — горько усмехнулся он. — А я-то сколько ждать буду, пока оно «образуется»? — Не кипятись, Толик. Лучше скажи, ты с Оксаной насчёт денег поговорил? — Про какие деньги, мама? Забудь. — Голос стал жёстким. — Она сказала, что всё потратила.
