В этот момент в кухню зашёл Дима. Он сразу понял, о чём идёт речь, и вздохнул.
— Алина, давай без скандалов. Мама права — детям нужно место.
— В нашей трёхкомнатной квартире им тесно? — Алина сжала кулаки.
— Это не то же самое, что своя жилплощадь, — вступила свекровь. — Представь, как им будет приятно!
— Представляю, — Алина медленно говорила, сдерживая дрожь в голосе. — Ты хочешь, чтобы я осталась ни с чем.
— Какая ты неблагодарная! — Лидия Петровна резко встала, стул грохнулся на пол. — Мы тебя в семью приняли, а ты…
— Приняли? — Алина засмеялась. — Ты с первого дня мне тыкала, что я «чужая».
— Хватит! Мама просто заботится о детях.
— А кто позаботится обо мне? — голос Алины сорвался.
Наступила тяжёлая пауза. Даже свекровь на секунду притихла.
— Значит, так, — Лидия Петровна взяла документ со стола. — Ты подумаешь. Но учти — семья не прощает предательства.
Она вышла, громко хлопнув дверью. Дима постоял немного, потом развёл руками.
— Ну зачем ты её злишь?
— Ты серьёзно? — Алина смотрела на него широко раскрытыми глазами. — Ты действительно считаешь, что я должна просто отдать всё?
— Ну… — он замялся. — Это же для детей…
Алина вдруг поняла: он тоже против неё.
Утро началось с громкого хлопка входной двери. Алина ещё не успела толком проснуться, как в спальню ворвалась Лидия Петровна с разгорячённым лицом и листами бумаги в руках.
— Вставай, соня! Мы сегодня всё решим!
Алина резко села на кровати, сердце бешено колотилось. Димы рядом не было — он ушёл на работу пораньше, как будто специально.
— Что случилось? — спросила она, протирая глаза.
— Случилось то, что ты уже неделю тянешь с решением! — свекровь швырнула бумаги на одеяло. — Сегодня ты подпишешь договор дарения. Я договорилась с нотариусом на 11:00.
Алина медленно взяла документы. Руки дрожали. Она вдруг чётко осознала: это не просьба. Это ультиматум.
— Как это не подпишешь? — голос Лидии Петровны взвизгнул. — Ты вообще понимаешь, что говоришь?
— Понимаю. Это моя квартира. Я не собираюсь её никому дарить.
Свекровь резко выхватила бумаги обратно, её лицо исказилось от злости.
— Ты эгоистичная тварь! У Димы трое детей, а у тебя даже совести нет! Они должны жить в приличных условиях!
— Они живут в приличных условиях, — спокойно ответила Алина, вставая с кровати. — В нашей трёхкомнатной квартире, где у каждого есть своё место.
— Это не то же самое! — Лидия Петровна ударила кулаком по тумбочке, отчего хрустальная ваза с цветами едва не упала. — Ты вообще не имеешь права отказывать! Мы тебя в семью приняли, кормим, одеваем…
Алина резко обернулась:
— Я работаю с утра до вечера! И плачу за половину расходов! О чём ты говоришь?
— Ах так? — свекровь вдруг перешла на шёпот, который был страшнее крика. — Тогда запомни: либо ты подписываешь бумаги, либо тебе не место в нашей семье.
В этот момент дверь приоткрылась, и на пороге появился Серёжа. Мальчик с испугом смотрел то на Алину, то на бабушку.
— Что происходит? — спросил он тихо.
