— Ой, не кипятись. Всё же временно. Я думала, ты не вернешься так рано, хотела успеть до твоего прихода.
Алина стремительно прошла в спальню — и ахнула. На её туалетном столике уже красовались флаконы свекрови, а любимый крем исчез.
— Где мои косметические средства? — сквозь зубы спросила она.
— В синей коробке на балконе. Ну право, столько баночек — тебе всё равно всё не нужно. А мои вещи должны быть под рукой — возраст, понимаешь ли.
Алина резко развернулась и направилась к балкону. Холодный октябрьский ветер гулял между коробками. Её дорогие крема, которые она хранила при определённой температуре, теперь замерзали на балконе.
Она вернулась в квартиру, трясясь от ярости.
— Немедленно верните всё на место! Вы не имеете права…
— Алина, что случилось? — в дверях появился Дмитрий, сняв ботинки.
— Спроси у своей матери! Она вынесла все мои вещи на балкон!
Людмила Петровна сразу сменила тон на обиженный.
— Димочка, я же хотела как лучше. Тут столько хлама, а мне некуда поставить мои сервизы…
Дмитрий вздохнул и почесал затылок.
— Мама, может, не надо было трогать Алины вещи? Алина, ну она же не со зла…
— Не со зла?! — Алина засмеялась истерически. — Она специально вынесла мои крема на холод! Они теперь испорчены!
— Ой, какая драма! — фыркнула свекровь. — Купишь новые. Ты же хорошо зарабатываешь, небось.
Дмитрий неожиданно топнул ногой.
— Хватит! Мама, верни Алине её вещи. Алина, успокойся. Давайте жить дружно.
Людмила Петровна надула губы, но начала нехотя перетаскивать коробки обратно. Алина заметила, как та специально трясёт коробку с хрупкими вещами.
Вечером, когда свекровь ушла в свою комнату, Алина тихо спросила мужа:
— Ты действительно не видишь, что она делает это специально?
Дмитрий избегал её взгляда.
— Она просто привыкла быть хозяйкой. Потерпи немного, скоро у неё ремонт закончится.
— А если не закончится? — прошептала Алина.
Муж ничего не ответил, просто повернулся к ней спиной.
Ночью Алина встала попить воды и услышала шёпот из гостевой комнаты. Она осторожно прильнула к двери.
— …не переживай, сынок, — говорила Людмила Петровна. — Скоро она сама отсюда сбежит. А квартира останется твоей. Ты же прописан здесь, значит, имеешь право…
Алина отпрянула от двери, как от раскалённого железа. Теперь всё стало ясно. Это не просто капризы свекрови — это спланированная операция по её выселению.
Утром, пока все ещё спали, она осторожно сфотографировала документы на квартиру — на всякий случай. Вдруг «случайно» исчезнут…
Алина вернулась домой в обеденный перерыв — нужно было забрать забытые документы. В квартире царила непривычная тишина — свекровь обещала сегодня встретиться с подругой, а муж был на работе.
Она уже собиралась уходить, когда заметила — дверь в спальню приоткрыта. Алина точно помнила, что утром закрыла её. Сердце забилось чаще.
Тихо подойдя, она заглянула внутрь. Людмила Петровна сидела на кровати с открытой шкатулкой Алины в руках — той самой, где хранились письма от бабушки и несколько ценных безделушек.
