Дверь звонко распахнулась — на пороге стояла Оля в моих же любимых джинсах.
— О, вы тут! — она сияла. — Андрюш, ты не забыл про курточку?
Тишина. Андрей смотрел в пол. Я скрестила руки на груди.
— Моя куртка висит в шкафу. И останется там.
Оля фальшиво засмеялась:
— Катюш, ну ты же обещала!
— Ну… я думала, ты не против. Она же тебе велика немного.
— Сними мои джинсы. Сейчас же.
— Ты слышала. Это моя собственность. Или хочешь, чтобы я вызвала полицию за кражу?
Андрей резко встал между нами:
— Хватит! Оля, отдай ей брюки. Катя, успокойся.
— Успокоишься ты, когда они обчистят нашу квартиру до нитки? — я повернулась к Оле. — Всё, что моё — остаётся здесь. И если я ещё раз найду свои вещи у тебя, напишу заявление.
Оля, бормоча что-то про «истеричку», сняла джинсы прямо в прихожей и ушла в спортивных штанах. Андрей бросился за ней, что-то крича про «извини, она не в себе».
Я закрыла дверь на цепочку. Потом опустилась на пол и впервые за долгое время заплакала.
Но это были не слёзы слабости. Это была ярость.
Две недели после истории с курткой в доме царило напряжённое перемирие. Андрей приходил поздно, избегал разговоров. Я же рылась в бумагах — мне нужно было доказательство их системного вранья.
Всё открылось случайно. В субботу утром Андрей уехал с детьми к матери, а я решила разобрать старые документы. В ящике его письменного стола, под папкой с квитанциями, лежала стопка бумаг с логотипом банка.
Первая страница заставила меня замереть:
«Кредитный договор №… Заёмщик: Андрей Викторович М. Цель кредита: приобретение недвижимости. Сумма: 2 800 000 руб.
Сердце колотилось так, будто хотело вырваться из груди. Я лихорадочно листала страницы. В графе «Объект недвижимости» стоял адрес — улица Гагарина, 45, кв. 12. Квартира свекрови.
Последняя страница была подписана три месяца назад — как раз когда он впервые заговорил о «раздельном бюджете».
Я фотографировала каждый лист, когда услышала ключ в замке. Документы успела сунуть обратно, но не заметила, что один лист упал за стол.
— Что ты тут делаешь? — Андрей стоял в дверях с пакетами из «Ашана».
— Ищу страховку на машину, — я показала на открытую папку с авто документами.
Он кивнул, но его взгляд скользнул по столу. Я поняла — он что-то заподозрил.
Вечером он неожиданно предложил:
— Давай съездим на выходных в Питер, как ты хотела. Только вдвоём.
— Вдруг у тебя опять «срочные траты»? — я не смогла сдержаться.
— Катя, хватит! — он швырнул пульт на диван. — Я стараюсь, а ты…
В этот момент его телефон зазводел. На экране — «Мам». Он вышел на балкон, но я услышала обрывки:
— Нет, не говорила… Да знаю, но… Мам, я всё решу…
Когда он вернулся, я спросила напрямую:
— Оля опять проблемы устраивает, — он потёр переносицу. — Катя, давай не ссориться. Завтра выбери отель в Питере, хорошо?
Я сделала вид, что согласилась. Но когда он заснул, полезла в его телефон. В поиске по словам «кредит» и «Гагарина» ничего не было. Зато в корзине мессенджера нашла удалённый чат с матерью:
