Зал для пресс-конференций был полон. Журналисты, сотрудники фирмы, деловые партнеры — все ждали объяснений. Алла стояла за кулисами, поправляя блузку. Впервые за много лет на ней был деловой костюм, а не домашний халат.
— Готова? — Сергей положил руку ей на плечо.
Она кивнула, но внутри все сжималось от волнения.
— Уже в зале. С адвокатами.
Алла глубоко вдохнула и вышла на сцену. В зале сразу же воцарилась тишина. Камеры защелкали.
— Добрый день. Меня зовут Алла Викторовна Семёнова. Я — соучредитель компании «Семёнов и партнёры», хотя в последние годы меня старательно отстраняли от дел.
Она сделала паузу, глядя в зал. В первом ряду сидел Дмитрий — постаревший за несколько дней, с трясущимися руками. Рядом — его адвокат, нервно листавший документы.
— Сегодня я вынуждена сообщить, что в компании были выявлены многочисленные нарушения. Подделка документов, финансовые махинации, попытка мошенничества с активами.
В зале поднялся шум. Кто-то из журналистов тут же начал набирать текст в телефоне.
— Все доказательства уже переданы в правоохранительные органы. С сегодняшнего дня я принимаю полный контроль над компанией.
Дмитрий вдруг вскочил с места.
— Это клевета! Она сводит со мной счёты из-за личных обид!
Алла холодно посмотрела на него.
— Личные обиды? Ты подделал мою подпись, пытался украсть мою долю, застраховал жизнь моего сына на себя. Какие ещё нужны доказательства?
В этот момент дверь в зал распахнулась. Карина, бледная, но с высоко поднятой головой, медленно прошла к сцене.
— Прежде чем выносить приговоры, — её голос дрожал, но был громким, — вам стоит узнать одну деталь.
Она положила руку на живот.
— Я беременна. От Дмитрия Семёнова. И если он виновен — то ваш «справедливый суд» оставит его ребёнка без отца.
Зал взорвался. Журналисты бросились к Карине с вопросами, камеры переключились на её лицо. Алла замерла. Она не ожидала этого.
Сергей быстро подошёл к микрофону.
— Беременность — не индульгенция от уголовной ответственности. Но если госпожа…
— Ларина, — прошептала Карина.
— Если госпожа Ларина действительно ждёт ребёнка, это будет учтено судом. Но не как оправдание, а как смягчающее обстоятельство.
Дмитрий смотрел на Карину широко раскрытыми глазами.
— Ты… ты почему не сказала?
— Я хотела сделать сюрприз. Но не при таких обстоятельствах.
Алла почувствовала, как Максим тихо взял её за руку.
Она сжала его пальцы.
— Теперь — ничего не меняется.
Она снова подошла к микрофону, и зал постепенно затих.
— Беременность — это прекрасно. Но она не отменяет закон. Дмитрий Семёнов ответит за свои поступки. А компания будет работать дальше — честно и прозрачно.
Карина вдруг резко подняла голову.
— А ребёнок? Вы действительно так бессердечны?
Алла посмотрела на неё. И вдруг улыбнулась.
— Ребёнок не виноват. Но если ты думаешь, что это остановит правосудие — ты ошибаешься.
Она повернулась к залу.
— Конференция окончена. Все вопросы — к нашим юристам.
Когда они выходили из зала, Дмитрий бросился к Алле.
— Ты счастлива? Ты добилась своего!
