Татьяна Николаевна уехала на автобусе до станции, обещая писать все новости и обняв на прощание и Егоровну, и Нину.
Оставшись одни, Егоровна и Нина загрустили. Нина уже не знала, что и думать об их с Сашей отношениях. Она ругала себя за наивность и доверчивость. Вдруг парень просто хотел развлечься и весело провёл время в деревне, а она влюбилась? Он же ничего не обещал, просто гуляли вместе, жили под одной крышей — и всего-то… А она уже размечталась. Фантазёрка.
Егоровна, видя, как девушка стоит у окна в ожидании почты, подходила и обнимала её, гладя по голове.
— Лучше не жди ничего. Я вот всю жизнь прождала. Молилась о семье и счастье. А не вышло. И ничего. Вот живу и радуюсь. Радуюсь людям. Тебе. Сестре, хоть и ездит раз в несколько лет… Эх, что там. Всё образуется. Молодо-зелено. Может, это и не твоя судьба.
Нина кивала, благодарила Егоровну, и они садились пить чай.
Вскоре к ним заглянул председатель.
— Ну, что, молодые кадры? Остаётесь у нас хоть на годик-другой поработать? Мне же знать надо. Я тогда избу соседнюю прикажу отремонтировать. Печь к зиме перебрать, дров привезти. Так как?
Нина согласно кивнула. Она не могла и представить себе, что уедет отсюда навсегда.
И дело закипело. С каждым днём девушка становилась всё радостнее. Она съездила с город, сдала экзамены и защитила диплом. А потом вернулась и устроилась на постоянную работу. По возвращении её ждали Сашины письма. В них он писал, что командировка скоро заканчивается, и он намерен приехать с матерью снова к тётке в гости. Писал, что скучает. И больше ни слова.
Ремонт в доме для Нины подходил к концу. Она с радостью наводила порядок: развешивала новые шторы, стелила скатерти, мыла полы. Егоровна принесла ей половики и постельное.
— Теперь мы с тобой самые близкие соседки, — радовалась женщина. — Хоть отпускать мне тебя и не хочется совсем.
Они наводили порядок на кухне, когда вдруг увидели в окно подходящего к крыльцу Сашу. Он постучал в боковое окно и крикнул:
— Есть кто дома? У Егоровны — никого. А тут?
Нина выбежала на крыльцо. Когда Зинаида Егоровна вышла вслед за ней, то молодые уже кружились в обнимку во дворе. Егоровна облегчённо вздохнула, приложив ладонь к груди. На крыльце её дома сидела с сумками Татьяна Николаевна.
— Ведь и меня притащил. Не хотела ехать. Дома после ремонта столько уборки! — сразу заговорила она, как только обнялась с сестрой. — Надоели мы тебе уже, поди.
— Вижу, вижу, зачем вы теперь пожаловали, — шепнула ей на ухо Егоровна. — Да ещё и не позвонили, когда приедете.
— Да это всё он. Хотел так — нагрянуть. — Засмеялась Татьяна Николаевна. — Вот такие у нас дела. Понимаешь?
Женщины, подмигнув друг другу пошли в дом, а Нина и Саша сели на ступеньки крыльца, не разжимая рук. Оба были растроганы встречей. У них не осталось сомнения в своих чувствах. Они сидели рядом, плечо к плечу и боялись нарушить молчание.
