— Я не сплю днем, — с вызовом в голосе отозвалась бабушка Лида, — я могу делать что угодно, но только не спать. Я тебе что, барыня что ли?
Эти бухтения бабушки умиляли Надю. Пока Лидия Тимофеевне способна спорить, возмущаться и причитать — она жива, здорова, и у нее хватает на это сил и энергии.
Сколько стариков с безжизненными глазами и пустыми лицами видела Надя! Такие люди считали себя брошенными, никому не нужными, а их жизнь им самим казалась пустой и бессмысленной.
Сколько таких видела Надя в коридорах поликлиники, в которой она работала фельдшером! Десятки, сотни, если не тысячи за пять лет работы.
— Не вздумай выбрасывать продукты из холодильника! — успела прокричать Лидия Тимофеевна внучке, а Надя уже распахнула дверцу холодильника, внимательно изучая его содержимое.
Сметану нужно было выбросить, заветренные сосиски тоже, кто только догадался купить бабушке Лиде сосиски!
— Ба, а откуда у тебя сосиски? — поинтересовалась Надя, когда бабушка медленно вошла на кухню.
— Это мне Галина отдала. Говорит, что срок годности к концу подходит, а я еще смогу сосиски в тесте приготовить.
Надя! Не смотри на меня так! Ты знаешь, что продукты я не выбрасываю!
Надя об этом знала. Выжившая в блокаду Лида по сей день берегла каждую крошку в доме.
В те годы, что в городе нельзя было найти ни еды, ни лекарств, семья Ивакиных выживала как могла. Сколько потерь они пережили, сколько видели боли, скорби и отчаяния, но при этом смогли сохранить силу духа и уверенность в том, что все будет хорошо.
— Бабуль, давай я заберу сосиски и отдам их бездомным кошкам, — предложила Надя, — ты понимаешь, что ими можно отравиться? Хочешь в больницу попасть?
— Я? — Лидия Тимофеевна расхохоталась. — После того, как я в блокаду землей с Бадаевских складов питалась и клевер собирала на варенье? Милая моя, тебе ли знать, какой у меня желудок! Гвозди переварит! Нет, оставляй сосиски и не лезь, пожалуйста, в мой холодильник. Ты йогурты купила?
— Купила, — Надя достала из одного из пакетов любимые бабушкины питьевые йогурты.
Очень уж Лидия Тимофеевна, имевшая проблемы с зубами, их любила, да и срок хранения у них был хороший.
— Как мама? Как Люся поживает? — спросила бабушка Лида, когда они с внучкой сели пить чай.
— Хорошо все, — отозвалась Надя, — вчера навещала и маму, и Люську. Ба, я ведь с тобой посоветоваться приехала.
Лидия Тимофеевна улыбнулась:
— Ну, говори. Ты же знаешь, что я всегда и выслушаю, и помочь постараюсь. Какая же то польза должна быть от меня.
Надя поддалась порыву и, поднявшись со стула, подошла и обняла бабушку. Как же она ее любила! Несмотря на возраст, характер, нелюбовь к ласкам, Надя не могла не обнять и не поцеловать свою любимую бабушку Лиду.
Одному богу было известно, сколько еще ей осталось, и внучке хотелось, чтобы бабушка была счастлива и здорова, а, главное, ощущала себя важной и нужной.
— Я беременна, бабуль, — сказала Надя и опустила глаза.
