— И да, я видела, что в холодильнике опять одни полуфабрикаты. Дети должны питаться нормально, а не этим…
Дверь захлопнулась. Кира осталась стоять на кухне. Руки дрожали.
Вечером она позвонила Вите прямо в присутствии детей.
— Твоя мама опять приходила.
— Витя, мы же договаривались! Ты должен был с ней поговорить!
— Я говорил, — он вздохнул. — Но, Кир, я не могу запретить маме видеться с внуками. Это жестоко.
— Я не прошу запретить! Я прошу, чтобы она предупреждала!
— Слушай, давай обсудим это дома, ладно? — голос Вити звучал устало. — У меня еще две машины на подъемнике, мне некогда сейчас.
Он повесил трубку. Кира стояла с телефоном в руке и смотрела в окно. За стеклом темнело — ноябрь, рано темнеет. Митя делал уроки за столом, Таня играла в комнате с куклами.
Когда Витя пришел домой около восьми, Кира уже уложила детей спать. Они сидели на кухне друг напротив друга.
— Нам нужно решить этот вопрос, — начала Кира.
— Какой вопрос? — Витя открыл холодильник, достал контейнер с едой.
— С твоей мамой. Она не может просто так приходить, когда захочет.
— Почему не может? — он разогрел еду в микроволновке. — Это моя мама. Она хочет видеть внуков.
— Но это наша квартира!
— И что? — Витя сел за стол. — Мы что, теперь должны каждый раз согласовывать с тобой, может ли моя мама прийти в гости?
— Витя, она не просто приходит в гости! Она приходит, когда нас нет, роется в наших вещах, переставляет все! Лезет в нашу жизнь!
— Ты преувеличиваешь, — он начал есть. — Она просто хотела навести порядок.
— Витя! — Кира ударила ладонью по столу. — Ты вообще меня слышишь? Твоя мать считает, что имеет право делать в нашем доме что угодно! И ты ее поддерживаешь!
— Я не поддерживаю! — он повысил голос. — Я просто не понимаю, в чем проблема! Это моя мама, черт возьми! Она вырастила меня, она имеет право…
— Право на что? Контролировать нашу жизнь?
— На то, чтобы быть частью семьи!
Кира замолчала. Потом медленно произнесла:
— Витя, она даже на Танин день рождения не пришла.
Он замер с ложкой в руке.
— Пятнадцатого октября. Танин день рождения. Я предупреждала за неделю. Ты сам маме звонил, напоминал. Она не пришла. Даже не позвонила. А потом, в девять вечера, позвонила тебе и сказала, что забыла.
— Ну… она извинилась…
— Нет, — Кира покачала головой. — Не извинилась. Она сказала «ой, забыла» и все. Таня весь вечер спрашивала, где бабушка. А твоя мама была занята встречей с подругами.
— Но зато она находит время приходить сюда каждый день. Проверять, что у нас в холодильнике. Переставлять посуду. Контролировать, как мы воспитываем детей.
Витя молчал. Кира встала.
— Я устала, — сказала она. — Устала объяснять. Устала доказывать. Твоя мама делает что хочет, а ты ее защищаешь. И я в этой ситуации всегда виновата.
Она вышла из кухни. Витя остался сидеть один.
В субботу утром позвонил Олег, младший брат Вити. Он жил в другом городе, работал программистом, редко приезжал. С матерью не общался года три — после какого-то крупного скандала, о котором Витя не любил рассказывать.
