Свекровь жила на окраине города, в старой пятиэтажке. Маша поднялась на четвёртый этаж и позвонила в дверь. Варвара Андреевна открыла сразу, видимо, ждала кого-то другого, потому что удивилась:
— Машенька? Ты одна? А где Димочка?
— Добрый вечер, Варвара Андреевна. Дима на даче у друга. Я хотела с вами поговорить.
Свекровь пропустила её в квартиру. Маша прошла на кухню и невольно обратила внимание на новую посуду в шкафу с открытыми дверцами. Дорогой сервиз, явно не из дешёвых магазинов. На столе лежал журнал мод, на подоконнике стояли орхидеи в красивых горшках.
— Садись, дочка, — Варвара Андреевна включила чайник. — Что-то случилось?
— Варвара Андреевна, я хочу спросить вас честно, — Маша решила говорить прямо. — Почему вы попросили Диму оплатить санаторий, если у вас были свои деньги?
Лицо свекрови изменилось. Из приветливого оно стало жёстким.
— Откуда ты взяла, что у меня есть деньги?
— Я видела ваши фотографии в соцсетях. Вы писали, что потратили все накопления. Но Дима оплатил путёвку нашими деньгами. И ещё вы купили холодильник незадолго до этого.
Варвара Андреевна поставила чайник на стол резким движением.
— Ну и что? Это мои деньги. Я их всю жизнь копила. Имею право тратить на себя.
— Конечно, имеете, — Маша старалась говорить спокойно. — Но почему вы решили потратить наши деньги вместо своих?
— Потому что Димочка мой сын! — свекровь повысила голос. — Я его одна вырастила! Отец вас бросил, когда ему было три года. Я работала на двух работах, чтобы он ни в чём не нуждался. Я всю свою жизнь на него положила! И теперь он должен мне помогать!
— Но у нас были свои планы, — попыталась объяснить Маша. — Мы копили на ремонт. У нас на кухне потолок трещинами пошёл, розетки неисправные…
— Молодые ещё заработаете! — перебила Варвара Андреевна. — А мне шестьдесят скоро. Сколько мне осталось? Я хочу пожить для себя! Всю жизнь в отказе была, всё Диме. Теперь моя очередь!
Маша смотрела на неё и чувствовала, как бесполезно что-либо объяснять. Свекровь не считала себя виноватой. Более того, она была уверена, что имеет полное право на деньги сына.
— Варвара Андреевна, но это наши семейные деньги. Мы с Димой оба работаем, оба откладываем. Дима не мог просто взять и потратить их, не спросив меня.
— Мог и взял, — свекровь скрестила руки на груди. — Потому что я его мать. А ты… ты просто жена. Жёны приходят и уходят. А мать одна.
Эти слова ударили Машу больнее, чем она ожидала. Она встала из-за стола.
— Понятно. Спасибо за откровенность.
— Машенька, ты не обижайся, — Варвара Андреевна вдруг изменила тон. — Я просто говорю, как есть. Ты же понимаешь, Димочка очень любит свою маму. Не надо его ставить перед выбором. Это бесполезно.
Маша ничего не ответила. Она вышла из квартиры, спустилась по лестнице и только возле подъезда позволила себе вытереть слёзы. Жёны приходят и уходят. А мать одна.
