— Затем, что я больше не хочу однажды проснуться и обнаружить, что мои деньги кто-то снял без спроса. Я буду переводить тебе на общий счёт половину зарплаты, как и ты мне. На коммунальные платежи, продукты, общие расходы. Но часть денег у меня будет лежать отдельно.
— Постой, — Дима нахмурился. — То есть ты мне не доверяешь?
— Дело не в доверии, — Маша говорила спокойно, хотя внутри всё дрожало. — Дело в уважении. Когда ты снимаешь деньги с нашего общего счёта, не спросив меня, ты меня не уважаешь. Ты показываешь, что моё мнение не важно.
— Но это же моя мама была! — Дима повысил голос. — Это особый случай!
— Нет, Дим. Любые траты больше десяти тысяч мы должны обсуждать вместе. Это правило. Если ты его не можешь соблюдать, значит, я буду хранить свои деньги отдельно.
— Так это что, теперь у нас как у незнакомых людей будет? — Дима был явно задет. — Ты — отдельно, я — отдельно?
— Не как у незнакомых, — Маша подошла ближе. — Как у взрослых людей, которые уважают друг друга. Дим, я не хочу с тобой ссориться. Я просто хочу, чтобы больше такого не повторилось.
Дима молчал. Потом ушёл в комнату, включил телевизор. Маша осталась на кухне. Она знала, что он обижен. Но она также знала, что не отступит.
На следующий день Маша открыла свой счёт в банке и перевела туда часть зарплаты. Чувство было странное — будто она предала какой-то семейный уклад. Но в то же время она ощущала облегчение. Теперь эти деньги были только её. Никто не мог их взять без спроса.
Дима несколько дней не разговаривал с ней. Отвечал односложно, ел молча, вечерами пропадал у друга в гараже. Маша не настаивала на разговорах. Она работала, приходила домой, готовила ужин, откладывала деньги на свой счёт.
Через неделю Диме позвонила мать. Маша слышала их разговор из комнаты.
— Мама, ну хватит уже… Нет, я не могу… Потому что это наши деньги, понимаешь? Наши с Машей… Мам, не плачь, пожалуйста… Нет, я не выбираю её вместо тебя, просто… Мам, это наша семья. У нас свои правила… Хорошо, я позвоню тебе завтра.
Маша вышла из комнаты, когда Дима положил трубку. Он сидел на диване с опущенной головой.
— Мама сказала, что я её предал, — тихо произнёс он. — Что ты меня настроила против неё.
— Я ничего не говорила про неё, — Маша села рядом. — Я говорила только про наши деньги и наши правила.
— Она плакала, — Дима поднял на неё глаза. — Сказала, что я для неё больше не сын.
— Дим, она манипулирует тобой, — осторожно начала Маша. — Она хочет вызвать у тебя чувство вины, чтобы ты сделал всё по её желанию.
— Но она же моя мама…
— Да. И я это понимаю. Но я твоя жена. Мы живём вместе. Мы строим свою жизнь. И мама не может решать за нас, как нам тратить деньги.
Дима молчал долго. Потом кивнул.
— Наверное, ты права. Я просто… я не умею ей отказывать.
— Надо учиться, — Маша взяла его за руку. — Иначе у нас не будет своей жизни.
