Ольга Сергеевна всегда гордилась тем, как чисто и понятно устроена её жизнь. В пятьдесят два года у неё было всё, о чём пишут в хороших книгах: уютная «трёшка» с видом на парк, дача с розами, которые завистливо разглядывали соседи, и, главное, муж. Андрей был её опорой. Двадцать лет брака пролетели как один солнечный день. Они не ссорились по мелочам, деньги лежали на общем счёте, а планы на будущее всегда обсуждались за вечерним чаем.
В тот вторник Ольга вернулась с работы пораньше. Она купила свежего карпа — Андрей обожал рыбу в сметане — и предвкушала тихий семейный вечер. Муж уже был дома, сидел в гостиной перед телевизором, но смотрел не на экран, а куда-то сквозь него.
— Андрюш, ты чего такой смурной? — спросила она, вешая плащ. — На работе опять начальник лютует?
Он вздрогнул, словно его ударили током.
— А? Нет, Оль. Просто устал. Голова болит.
Ольга сочувственно покачала головой и пошла на кухню. Зашипело масло на сковороде, по квартире поплыл аппетитный запах. Телефон зазвонил, когда она как раз нарезала лук. Номер был незнакомый, городской. Ольга вытерла руки о передник и нажала «принять».
— Ольга Сергеевна Белова? — голос в трубке был сухим, как осенняя листва, и таким же неприятным.
— Да, это я. А кто спрашивает?
— Служба безопасности банка «Инвест-Гарант». Меня зовут Петр Николаевич. Мы фиксируем просрочку по вашему кредитному договору номер 45-89/Б. Вам необходимо погасить задолженность.
Ольга рассмеялась. Легко, искренне.
— Молодой человек, вы ошиблись. Я никогда в жизни не брала кредитов. У нас с мужем принцип — жить по средствам. Проверьте номер.
На том конце провода повисла тяжелая пауза.
— Ольга Сергеевна, паспортные данные… — он быстро продиктовал серию и номер. Всё совпало до цифры. — Кредит на сумму три миллиона рублей был оформлен полгода назад под залог вашей квартиры. Срок первого крупного транша истекает завтра. Если деньги не поступят, мы начнем процедуру взыскания имущества.
Улыбка сползла с лица Ольги, уступая место холодному, липкому страху. Ноги стали ватными.
— Это мошенничество! — выкрикнула она так громко, что Андрей вбежал на кухню. — Я ничего не подписывала! Я сейчас же иду в полицию!
Она подняла глаза на мужа, ища поддержки. Ожидала увидеть его возмущение, гнев, готовность бежать разбираться. Но увидела другое.
Андрей побледнел так, что стал похож на мертвеца. Его губы тряслись, а глаза… Глаза он опустил в пол, не в силах встретиться с ней взглядом. В этот момент паника Ольги сменилась настоящим ужасом. Страшная догадка, острая, как нож, пронзила сердце.
— Андрей? — прошептала она, не опуская телефон. — Андрей, почему ты молчишь?
Голос в трубке продолжал бубнить про штрафы и пени, но Ольга уже не слышала. Она смотрела на человека, с которым делила постель и хлеб двадцать лет. И видела перед собой незнакомца.
— Оля… — голос мужа сорвался на визг. Он рухнул на стул, закрыв лицо руками. — Оля, прости… Я думал, я успею… Я всё хотел отыграть…
Телефон выскользнул из её пальцев и с глухим стуком упал на линолеум.
