Ольга помнила. Тогда Андрей ложился на операцию, и они решили перестраховаться — оформили генеральные доверенности друг на друга. Она забыла её отозвать.
— Но я не брала эти деньги! — голос Ольги дрожал. — Это сделал он! Без моего ведома!
— Это семейные дела, — холодно отрезала сотрудница. — Для банка вы — созаемщики или лица, действующие по доверенности. Квартира в залоге. Либо вы платите сегодня хотя бы проценты и часть тела долга — это около ста тысяч, — либо мы подаем в суд.
Ольга вышла на улицу. Солнце светило ярко, издевательски радостно. У неё было два пути. Снять мамины деньги и отдать их банку, продлевая агонию. Или… Или что?
Телефон снова зазвонил. Это была невестка, жена их сына, который жил в другом городе.
— Ольга Сергеевна, здравствуйте! Мы тут решили к вам на выходные приехать, внука привезти. Вы как, не против?
Ольга сглотнула ком в горле. Как сказать сыну, что его отец — вор и игроман? Что их родовое гнездо скоро уйдет с молотка?
— Приезжайте, Катюша, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — У меня как раз есть новости.
Она положила трубку и решительно направилась к метро. Она не отдаст мамины деньги банку. Она не будет спасать Андрея. Она придумала другой план. Рискованный, страшный, но единственный, который мог спасти хотя бы остатки её достоинства.
Сын приехал в пятницу вечером. Денис был копией отца — высокий, широкоплечий, с той же мягкой улыбкой, которая когда-то покорила Ольгу. Только взгляд у него был другой — жесткий, цепкий. Денис работал юристом в крупной строительной фирме, и Ольга очень надеялась на его хватку.
Андрей дома не появлялся. После того как Ольга выставила его, он пару раз звонил, писал слезливые сообщения, а потом затих. Ольга соврала сыну по телефону, сказала, что отец уехал в командировку. Она не хотела обсуждать это по телефону.
Когда внук, пятилетний Пашка, уснул в спальне, а Катя ушла в душ, Ольга позвала сына на кухню. На столе лежала папка с документами: выписка из банка, копия кредитного договора, который она с боем выбила у менеджера, и распечатка звонков.
— Мам, что случилось? — Денис сразу почувствовал неладное. Он сел напротив, не притрагиваясь к чаю. — Где отец на самом деле?
Ольга молча подвинула к нему папку.
Денис читал быстро. Его брови ползли вверх, а лицо каменело. Когда он дошел до суммы долга и пункта о залоге квартиры, он грязно выругался.
— Три миллиона? Под залог квартиры? Мама, ты с ума сошла? Зачем?
— Это не я, — тихо сказала Ольга. — Это отец.
Она рассказала всё. Про ставки, про украденный доступ к Госуслугам, про генеральную доверенность, про ту страшную сцену на кухне. Денис слушал, сжав кулаки так, что побелели костяшки.
— Я знал, что он поигрывает, — вдруг сказал сын глухо.
— Пару раз он занимал у меня. Говорил, на ремонт машины, на запчасти. Небольшие суммы, тысяч по тридцать. Я не думал, что всё так серьезно. Мама, почему ты молчала?
— Я сама узнала три дня назад!
Денис встал и прошелся по кухне.
