— Может, ты продала дедушкину развалюху и купила что-то приличное? Хотя… кому нужна эта рухлядь, кроме пункта приёма металлолома?
Лера спокойно прошла мимо. Она уже не реагировала на дешёвые шуточки.
Когда тебя пытаются укусить маленькие собачки — просто смотри сверху. Главное — не нагибаться.
Ужин был, как обычно: разговоры про деньги, связи, «кто купил новую сумку за двести тысяч», «кто оказался подонком в администрации», «кто сколько выделил на благотворительность, чтобы попасть в прессе».
Леру не замечали — и в этот раз это было даже удобно.
Пока Пётр Владиславович не повернул голову в её сторону:
— Никита говорил, что ты упёрлась по поводу машины. Лера, в утиль её. Я же сказал: все эти старые ведра — позор. У моего дома не должно быть хлама. Дед твой, прости господи, видно, был скрягой. Но ты должна быть умнее. Мы — Королёвы. У нас всё должно быть премиум.
Лера поставила вилку. Тихо. Но звук — как хлопок двери.
— Павел Семёнович был не скрягой. Он был инвестором.
Смех взорвался сразу. Милена едва не опрокинула бокал:
— Инвестор? Во что? В сараи и картошку?
Смех. Опять. Како́фония пустоты.
И тут Лера выровняла спину. Ни дрожи. Ни стыда.
— В землю, Милена. В землю. — Господи, опять эта сказочная история про деда… — фыркнула она.
— Землю на проспекте Кольцовском, 31.
Пётр Владиславович медленно повернулся к ней:
— Что ты сказала? — Ту самую. На которой стоит ваш автосалон «Король-Авто».
Он побледнел так, словно Лера вытащила из сумки не документ, а его сердце.
— Откуда… — Вчера была у нотариуса. Оформляла наследство того самого «скряги», которого вы никогда не считали человеком.
Она достала файл и положила перед ним, прямо на белоснежную скатерть. Документ лег мягко — но ударил громче грома.
Пётр Владиславович читает. Лицо синеет. Пальцы дрожат.
Он узнаёт подписи. Печать. Юриста. Схему покупки.
— Н-не может быть… — прошептал он. — Это… это земля… Он… Он…
— Да, — сказала Лера. — Мой дед. Тот самый, которого вы выгнали пять лет назад, когда он пришёл поговорить о партнёрстве.
— Тот мужик в ватнике?!
— Да. Ватник, который купил землю, на которой стоит ваш «семейный бизнес».
Никита в этот момент смотрел на жену, как человек, внезапно обнаруживший, что у него дома был спрятан золотой слиток. Глаза загорелись жадностью.
— Лер… — он попытался взять её за руку. — Лерочка… ну… значит… мы богаты? Это всё… это же всё наше…
— НЕ наше. Мое. Дед доверил это мне, а не «семье Королёвых».
Милена попыталась перейти в режим «подлизаться»:
— Лер… ну мы же пошутили, всё… Такое бывает… Ты чего злая? Мы… мы просто… не знали!
— Да забудем старое! Давай по магазинам завтра? Я помогу выбрать тебе сумочку! Ты же теперь… при деньгах…
Но Лера только усмехнулась краем губ.
— Договор аренды я не продлеваю. У вас тридцать дней, чтобы освободить земельный участок.
Маргарита вскрикнула:
— ТЫ НЕ ПОСМЕЕШЬ! МЫ — КОРОЛЁВЫ!
— А я — Шарова. Внучка человека, который был в десять раз умнее всех вас вместе взятых.
— Лера, я люблю тебя! Не делай этого!
