Олег смотрел на дочь, и сердце сжималось. Лиза всегда была такой — не хотела быть обузой. После ухода матери, после смерти бабушки она научилась держать всё в себе. И теперь эта её сдержанность только усиливала его чувство вины.
— Лиза, подожди, — он шагнул к ней. — Мы разберёмся. Никто тебя не гонит.
— А похоже на то, — Светлана встала, её голос стал резче. — Олег, я устала притворяться. Я не хочу, чтобы твоя дочь жила здесь. Ни на выходные, ни на день. Это мой дом!
Лиза замерла, её пальцы сжали ручку коробки. Она посмотрела на Светлану, и в её глазах мелькнула боль, смешанная с чем-то ещё — решимостью.
— Я поняла, — тихо сказала она. — Простите, Светлана. Я не хотела вас злить.
Она повернулась к двери, но Олег схватил её за руку.
— Лиза, стой! Света, хватит! — он повернулся к жене, его голос дрожал от гнева. — Это не только твоя квартира. Мы семья. Или ты забыла?
Светлана посмотрела на него, её губы задрожали.
— Семья? — переспросила она. — А где была твоя семья, когда я десять лет вкалывала, чтобы купить эту квартиру? Где была Лиза, когда я тебя вытаскивала из депрессии после развода?
Олег замер. Её слова ударили, как пощёчина. Он вспомнил те месяцы, когда после ухода Кати мир рухнул. Светлана была рядом — поддерживала, заставляла вставать по утрам, помогала найти новую работу. Но это не отменяло того, что Лиза — его дочь.
— Света, — начал он, но она перебила.
— Не надо, Олег. Я устала. Решай — или я, или твоя дочь.
Лиза ахнула, её глаза расширились. Она отпустила коробку и выбежала из квартиры, не сказав ни слова. Олег бросился следом, но Светлана схватила его за руку.
— Не смей бежать за ней! — почти крикнула она. — Если ты уйдёшь, это всё, Олег!
Он вырвал руку, его лицо побледнело.
— Ты не можешь ставить меня перед таким выбором, — хрипло сказал он. — Это моя дочь.
Дверь хлопнула, и Светлана осталась одна. Она рухнула на диван, закрыв лицо руками. В комнате было тихо, только дождь стучал по подоконнику, словно отсчитывал секунды до чего-то неизбежного.
Олег нашёл Лизу в парке неподалёку. Она сидела на скамейке, промокшая, с опущенной головой. Её рюкзак валялся рядом, а коробка с вещами стояла у ног.
— Лиз, — он сел рядом, не обращая внимания на мокрую скамейку. — Прости. Я не думал, что всё так обернётся.
Лиза молчала, глядя на свои кроссовки. Потом подняла глаза, и Олег увидел слёзы.
— Я не хочу, чтобы вы из-за меня разводились, — тихо сказала она. — Лучше я уеду.
— Куда ты уедешь? — Олег покачал головой. — Ты моя дочь. И я не позволю тебе жить в той общаге, где крыша течёт.
Лиза горько усмехнулась.
— А что делать? Светлана меня ненавидит. И я её понимаю. Я для неё чужая.
— Ты не чужая, — твёрдо сказал Олег. — И она не ненавидит. Она… просто запуталась.
Он сам не был уверен в своих словах. Светлана всегда была резкой, но сегодня она перешла черту. Её ультиматум — «я или Лиза» — звучал в голове, как набат.
— Давай так, — предложил он. — На пару дней переедешь ко мне в офис. Там есть диван, нормально переночуешь. А я поговорю со Светой.
