— Я не королева, — весело рассмеялась Марина. — Но вместе с тем и не служанка. Так что извините, но ваши царские замашки меня совсем не впечатляют.
В этот момент раздался звук открывающейся двери — это вернулся Серёжа. Он остановился на пороге, снимая куртку:
— Мама, папа… Добрый вечер. Что здесь происходит? Почему все кричат? Вас даже на улице слышно было.
— Сынок! — всхлипнула Надежда Петровна, мгновенно переключившись на слёзы. — Твоя невеста меня из дома выгоняет! Нет, сынок, ты только послушай, что она говорит!
— Мам, я всё слышал, — спокойно сказал Сергей. — Ты действительно собралась переезжать к нам в квартиру?
— Ну, а куда же ещё? — возмутилась она. — У вас большая квартира! Неужели твоей родной матери в ней места нет?
— Мам, вообще-то квартира Маринина. А если она сказала «нет», то так тому и быть. Она здесь хозяйка.
Надежда Петровна посмотрела на сына так, словно он её предал:
— Вот оно как, сынок! Значит, ради этой городской штучки ты меня бросаешь? После всего, что я для тебя сделала!
— Мам, ну хватит уже, — перебил её Сергей. — Я тебя очень уважаю, но в этой ситуации Марина права. Это её дом, а значит, и её правила. Если хотите в город — снимайте квартиру или живите у родственников. В гости, конечно, приходите, но жить мы с Мариной будем отдельно.
— Ты что, сынок, совсем не понимаешь… — начала было Надежда Петровна, но тут Марина подала ей куртку.
— Надежда Петровна, вам пора, — сказала девушка с милой улыбкой. — А то уже и запах вашего хозяйства здесь оседает.
— Это что, ты снова намекаешь на то, что я плохо пахну?! — завизжала свекровь.
— Нет, я не намекаю, — ответила Марина. — Я прямо говорю. И вообще, мне нужно поговорить с будущим мужем наедине. До свидания.
Надежда Петровна выскочила за дверь, Николай Васильевич поспешил за ней, пока она не обрушила на него свой гнев.
Серёжа устало вздохнул и посмотрел на невесту:
— Ты была с ними немного жёсткой. Не стоило так с моими родителями.
— Жёсткой? — переспросила Марина. — Зато честной. Иначе они бы уже завтра свои пожитки сюда перевезли.
Сергей кивнул — он знал, что Марина права. Но желание видеть её своей женой у него немного поубавилось. Да и родители теперь, судя по всему, этот брак не одобрят.
Марина это понимала. Стоя у окна и глядя, как удаляются фигуры будущих свёкров, она думала о том, что впереди её ждёт непростая семейная жизнь. Но отступать было поздно — характер показан, позиция заявлена.
Теперь оставалось только надеяться, что любовь окажется сильнее семейных предрассудков.
