— Я уважаю, — Аня говорила медленно, стараясь не сорваться. — Но уважение не означает, что я должна отдать свою квартиру.
Елена Макаровна встала.
— Значит, ты отказываешься?
— Да. Отказываюсь делиться моей квартирой, которую я купила на мои деньги, которые я копила восемь лет, отказывая себе во всём.
— Хорошо, — свекровь холодно кивнула. — Тогда запомни. Твоя квартира — твои проблемы. Славик туда ни ногой. Если тебе нужен будет ремонт, помощь, что угодно — сама справляйся. И вообще, — она повернулась к сыну, — Славик, собирайся. Поедешь ко мне, посмотришь, что у меня с трубами в ванной.
Славик молча кивнул и ушёл одеваться.
Елена Макаровна и тётя Зина направились к выходу. У двери свекровь обернулась.
— Знаешь, Аня, я всегда думала, что ты хорошая девушка. Скромная, работящая. А ты оказалась обычной эгоисткой. Живи со своей квартирой. Только потом не плачься, что семью разрушила.
Дверь закрылась. Аня осталась стоять в коридоре. Через минуту вышел Славик, одетый.
— Ты правда поедешь? — спросила она тихо.
— Мне нужно посмотреть, что там с трубами.
— Славик, ты понимаешь, что происходит? Она пытается тебя настроить против меня.
— Она моя мать, — он не смотрел на Аню. — У неё действительно проблемы с трубами.
— А у меня проблемы с тем, что моя собственность пытаются отнять. Но тебе всё равно.
Славик вздохнул и вышел, не ответив.
В воскресенье Славик вернулся поздно вечером. Он был мрачный, молчаливый. Аня не стала ничего спрашивать. Она понимала, что его мать весь день обрабатывала, жаловалась, давила на жалость.
Через два дня позвонил Олег, брат Славика.
— Аня, привет. Это Олег.
— Привет, — Аня удивилась. Олег редко звонил ей напрямую.
— Слушай, я хотел сказать… Мать совсем с ума сошла. Вчера нас с Ритой к себе вызвала, устроила разбор полётов. Говорит, что ты Славика от семьи отвращаешь.
— Олег, это неправда.
— Я понимаю, — он вздохнул. — Рита сразу сказала, что мать перегибает. Это твоя квартира, твои деньги. Но мать упёртая. Она не отступит.
— Просто будь готова. Она уже всем родственникам названивала, жаловалась. Половина семьи теперь считает тебя жадной.
— Спасибо, что предупредил.
— Да не за что. Держись там.
Аня положила трубку и прислонилась лбом к холодильнику. Значит, Елена Макаровна собрала семейный совет. Обсуждали её. Осуждали. Прекрасно.
Вечером того же дня пришла Рита, жена Олега. Она работала медсестрой, была практичной и прямолинейной женщиной.
— Можно? — она заглянула в дверь.
— Проходи, — Аня впустила её.
Рита прошла на кухню, села.
— Олег рассказал про вчерашний концерт у свекрови?
— Слушай, я на твоей стороне, — Рита посмотрела ей в глаза. — Елена Макаровна перегнула палку. Это твоя квартира, твои деньги. Ты ничего не должна.
— Спасибо, — Аня почувствовала, как внутри что-то потеплело. Хоть кто-то её понимал.
— Мы с Олегом тоже копим, — Рита понизила голос. — Только свекрови не говорим. Она бы сразу нашла, на что эти деньги потратить. У неё всегда что-то ломается, течёт, требует ремонта.
