— Коля, мы в этой съемной ха.лупе с плесенью в ванной еще сколько жить будем? До пенсии?
— Заработаем еще! — Коля подошел и попытался её обнять, но она отстранилась. — Ну, Ариш, ну не будь ты такой… меркантильной.
Это жизнь человека. Самого родного мне человека.
Она горбатилась, каждую свободную копеечку откладывала, вносила деньги наравне с мужем.
В выходные поехали на разговор.
Свекровь встретила их в шелковом халате, с идеальной укладкой. Выглядела она… хорошо.
Если бы Арина не видела медицинские заключения, она бы решила, что все это — д. рной розыгрыш.
— Проходите, детки, проходите, — ворковала свекровь, подставляя щеку для поцелуя. — Коленька, ты похудел. Арина тебя совсем не кормит?
— Кормлю, Валерия Дмитриевна, — сухо ответила Арина, проходя в гостиную.
На диване перед огромным телевизором восседал свекор. Он щелкал пультом, выбирая канал.
— О, молодежь! — он лениво махнул рукой. — Коль, видел тачку внизу? Я диски поменял вчера. Литые, восемнадцатые!
У Арины задергался глаз.
— Красивая машина, Анатолий Борисович, — сказала она, садясь в кресло. — Дорогая, наверное, в обслуживании?
— Своя ноша не тянет! — хохотнул свекор.
Пару минут сидели молча. Николай не выдержал первым.
— Как самочувствие, мам? — спросил он.
— Ох, сынок… — свекровь картинно вздохнула, приложив руку к груди. — Держусь.
На работе, конечно, тяжело, но я не могу коллектив бросить. Ты же знаешь, я там незаменима.
Вчера вот отчет сдавали, до ночи сидела.
— Мам, мы по поводу операции, — Коля бросил быстрый взгляд на жену и тут же отвел его. — Мы с Ариной обсудили…
— Да-да, — оживилась Валерия Дмитриевна. — Я звонила профессору. Он сказал, тянуть нельзя.
Места в клинике разлетаются, как горячие пирожки. Нужно вносить предоплату уже в понедельник.
Арина бесцеремонно влезла в разговор.
— Валерия Дмитриевна, а почему именно эта клиника? Есть же федеральные центры. Там оборудование не хуже. И бесплатно.
Свекровь поджала губы.
— Арина, деточка, ты, видимо, не понимаешь. Я не подопытный кролик, чтобы на мне студенты тренировались. Я хочу жить. И хочу жить качественно!
В той клинике — палаты люкс, уход, питание. А в государственных… грязь, ха.ство.
Я от одного вида этих больничных стен в депрессию впаду.
А положительный настрой — это половина успеха!
— Миллион — это огромные деньги, — твердо сказала Арина. — У нас эти деньги отложены на квартиру.
Если мы их отдадим, мы останемся ни с чем.
— Ни с чем? — голос свекрови зазвенел. — То есть жизнь матери мужа для тебя — это «ни с чем»?
Коля, ты слышишь, что твоя жена говорит? Она сравнивает мою жизнь с квадратными метрами!
— Мам, ну Арина не так выразилась…
— Именно так! — перебила Валерия Дмитриевна. — Я тебя вырастила, я ночей не спала…
А теперь, когда мне нужна помощь…
Свекор оторвался от телевизора.
— Ну чего вы, в самом деле? Дело-то серьезное. Мать болеет. Надо помочь.
Вы молодые, заработаете еще.
А здоровье не купишь. Вернее, купишь, но дорого.
