— Не нужно, — устало сказал Андрей. — Она не хочет тебя видеть. Говорит, что все из-за стресса, который ты ей устроила.
— Лена, ну неужели было так сложно просто потерпеть? Мама пожилой человек, ей нужно внимание…
— Андрей, ты меня слышишь? Ты сейчас обвиняешь меня в том, что твоя мама сломала руку?
— Я не обвиняю. Просто… если бы ты не устраивала скандалы, может, ничего бы не случилось.
Елена отключила телефон и разрыдалась. Лариса Михайловна обняла дочь.
— Все понятно, — тихо сказала она. — Теперь ты знаешь, на чьей стороне твой муж.
— Что мне делать, мама?
— Решать самой. Но помни — если ты вернешься и ничего не изменишь, то так будет всегда. Нина Васильевна поймет, что может делать с тобой что угодно.
Елена вернулась домой через три дня. Нина Васильевна уже выписалась из больницы и снова поселилась в их квартире — «на период реабилитации», как объяснил Андрей.
— Она не может пока одна жить, — сказал он. — Рука в гипсе, больно двигаться.
Елена кивнула. Она понимала, что возражать бесполезно.
Следующие две недели превратились в ад. Нина Васильевна лежала на диване в гостиной и командовала всеми. Ей нужно было принести воды, поправить подушку, включить телевизор, выключить свет.
— Елена, дорогая, принеси мне чаю, — просила она слабым голосом.
— Елена, поправь мне покрывало.
— Елена, закрой шторы, солнце в глаза светит.
Каждая просьба звучала как приказ. И Елена выполняла их, потому что отказать больному человеку казалось жестоким.
Но хуже всего было то, что Нина Васильевна снова начала критиковать все вокруг.
— Этот чай слишком крепкий.
— Кирилл слишком громко играет, мне голова болит.
Елена терпела, но силы были на исходе.
Переломный момент случился через месяц после возвращения. Елена простудилась — поднялась температура, болело горло. Она лежала в постели, а Кирилл играл в детской.
— Елена! — позвала Нина Васильевна из гостиной. — Где мой обед?
— Нина Васильевна, я больна, — хрипло ответила Елена. — Может, Андрей что-то разогреет, когда придет?
— Что значит больна? — возмутилась свекровь. — У меня рука сломана, а ты из-за насморка лежишь!
Елена встала и поплелась на кухню готовить обед. Голова кружилась, но Нина Васильевна продолжала давать указания.
— Макароны переварила! Мясо жесткое! В моем возрасте такое есть нельзя!
Елена молча убрала еду и вернулась в постель.
Вечером пришел Андрей. Нина Васильевна сразу начала жаловаться.
— Твоя жена весь день хандрит! Говорит, что болеет! А обед приготовила отвратительный!
Андрей зашел в спальню. Елена лежала с закрытыми глазами, щеки горели от жара.
— Как ты? — спросил он.
— Плохо, — прошептала Елена. — Температура под сорок.
Андрей приложил руку ко лбу жены и побледнел.
— Боже мой, ты горишь! Почему не сказала?
— Говорила. Твоя мама решила, что я притворяюсь.
Андрей вышел в гостиную. Елена слышала, как он тихо, но строго разговаривает с матерью.
— Мама, Лена серьезно больна. Завтра я вызову ей врача.
