Надежда почувствовала, как к горлу подступает комок. Не от боли, а от бессилия и ярости. Она снова попыталась встать и на этот раз смогла подняться. Держась за стену, она медленно пошла к кухне.
Вера Николаевна стояла у плиты, помешивая суп в кастрюле. Даша сидела за столом, уставившись на бабушку широко открытыми глазами. Когда свекровь увидела Надежду в дверях, она изобразила на лице искреннюю заботу.
— Надюша! Зачем встала? Иди ложись, я сама всё сделаю!
— Спасибо, Вера Николаевна, — выдавила Надежда. — Но мне уже лучше. Я справлюсь сама.
— Ну что ты, какое там лучше! — свекровь замахала руками. — Ты же еле стоишь! Нет-нет, я останусь, помогу. Даже переночую, если надо. Завтра Мишу покормлю перед работой, вам обоим помогу.
— Не надо, — твёрдо сказала Надежда. — Правда. Я ценю вашу заботу, но мы справимся.
Вера Николаевна поджала губы. На её лице промелькнуло выражение обиды.
— Вот как. Ну ладно. Раз я тут не нужна, так и скажи прямо. Только имей в виду, Надежда, я всё вижу. И Миша мой всё видит. Ты жена никудышная. Дома бардак, дочка неухоженная, муж голодный. Хорошо хоть я иногда заглядываю, а то бы вы тут совсем одичали.
Она сняла фартук, демонстративно бросила его на стол и направилась к выходу. Даша молча смотрела то на бабушку, то на маму. На пороге свекровь обернулась.
— Даша, запомни слова бабушки: женщина должна уметь держать дом в порядке, даже когда плохо. Мужчина зарабатывает деньги, а женщина создаёт уют. Это правило жизни. Твоя мама его не понимает, но ты, надеюсь, будешь умнее.
Дверь захлопнулась. Надежда стояла на кухне, держась за дверной косяк. Её колотило от температуры и от злости. Даша подошла к ней и взяла за руку.
— Мама, это правда? — тихо спросила девочка. — Ты правда ничего не умеешь?
Надежда опустилась на корточки перед дочерью, игнорируя головокружение. Она взяла Дашу за плечи и посмотрела ей в глаза.
— Дашенька, послушай меня внимательно. Это неправда. Бабушка говорит так, потому что у неё свои представления о том, как должна жить женщина. Но мы с папой живём по-другому. Мы помогаем друг другу. И ты не обязана делать всё по дому только потому, что ты девочка. Ты должна учиться, развиваться, быть счастливой. Понимаешь?
Даша кивнула, но в её глазах всё ещё читалось сомнение.
Вечером пришёл Михаил. Надежда лежала в спальне, когда услышала, как он разговаривает по телефону в коридоре. Голос был тихим, но она различала отдельные слова. — Да, мам… Я понимаю… Нет, я не говорю, что ты неправа… Она просто устала… Ну ладно, ладно…
Надежда почувствовала, как внутри всё сжалось в тугой узел. Она ждала, что Михаил войдёт к ней, спросит, как она себя чувствует, расскажет, что ему сказала мать. Но он прошёл мимо спальни, зашёл на кухню. Она услышала звук холодильника, шуршание пакетов.
Через несколько минут Надежда встала и вышла на кухню. Михаил сидел за столом, доедал суп, который принесла Вера Николаевна.
— Как ты? — спросил он, не поднимая глаз.
— Нормально, — сухо ответила Надежда. — Твоя мама сегодня приходила.
