— Выселить? Ты меня, мать Игоря? Да он тебя самоё из дома вышвырнет за такие слова!
— Квартира оформлена на меня. Есть брачный договор, по которому она остаётся моей собственностью. Я имею полное право выселить любого человека, который здесь живёт без моего согласия.
Лицо свекрови изменилось. Усмешка исчезла. В глазах мелькнул страх, который она быстро попыталась скрыть за маской презрения.
— Вот ты какая. Жадная. Бессердечная. Мужа от матери хочешь оторвать.
— Я хочу жить в своей квартире без посторонних людей. Две недели, Римма Павловна.
Вечером разразился скандал.
Свекровь пожаловалась Игорю, что невестка выгоняет её на улицу. Она плакала, причитала, говорила о неблагодарности и жестокости.
Игорь ворвался в комнату, где сидела Наталья.
— Ты что себе позволяешь? Мать вышвырнуть хочешь?
— Игорь, твоя мать живёт здесь три месяца. Она обещала съехать, но не собирается этого делать. Я устала.
— Устала? Да она тебе по дому помогает! Готовит, убирает!
— Я не просила её об этом! Я хочу, чтобы она съехала!
— А я хочу, чтобы она осталась! Это моя мать!
— А это моя квартира!
Он замолчал. Его лицо исказилось от злости.
— Значит, так. Квартира твоя, да? Тогда живи в ней одна. Я ухожу к маме.
— Ты слышала. Если моей матери здесь не место, значит, и мне тоже. Мы с мамой снимем квартиру и будем жить там. А ты оставайся в своей драгоценной собственности.
Он начал собирать вещи. Свекровь стояла в дверях с торжествующим видом.
— Вот видишь, невестка, к чему привела твоя жадность. Сына от матери оторвать хотела, а сама осталась одна.
Наталья смотрела, как Игорь складывает одежду в сумку. Она чувствовала странное спокойствие. Внутри не было ни боли, ни паники. Только ясность.
— Игорь, если ты сейчас уйдёшь, то не возвращайся.
Он остановился и посмотрел на неё.
— Абсолютно. Уходишь — значит, уходишь навсегда.
— Игорёк, пойдём. Не слушай её. Через неделю приползёт на коленях прощения просить.
Но Игорь не двигался. Он смотрел на Наталью и что-то соображал. Возможно, впервые за три месяца он действительно думал, а не просто слушался маму.
— Наташ, давай обсудим спокойно…
— Обсуждать нечего. Твоя мать съезжает через две недели, или ты уходишь вместе с ней навсегда. Третьего не дано.
Свекровь дёрнула сына за рукав.
— Игорь, пошли отсюда! Не унижайся перед этой…
— Мам, заткнись, — неожиданно резко сказал он.
Свекровь онемела. Игорь никогда не говорил с ней так.
Он медленно поставил сумку на пол.
— Наташа права. Ты обещала съехать через два месяца. Прошло три. Ты постоянно находишь отговорки. Ты действительно не собираешься уезжать?
Свекровь растерянно заморгала.
— Игорёк, ну я же не специально… Просто обстоятельства…
— Мам, отвечай прямо. Ты продаёшь квартиру или нет?
Повисла долгая пауза. Потом свекровь опустила глаза.
— Я… я решила её не продавать. Сдам лучше. А сама останусь здесь. С вами. Мне одной скучно.
— Значит, ты всё это время врала. И мне, и Наташе.
— Ну я же не думала, что это проблема! Я думала, вы будете рады! Семья должна быть вместе!
