— Вот ключи от квартиры, теперь она ваша, — нотариус протянул документы через стол, но рука свекрови оказалась быстрее моей.
Я застыла с протянутой в воздухе ладонью, наблюдая, как Галина Петровна с победной улыбкой забирает и ключи, и папку с документами. Её пальцы, унизанные золотыми кольцами, крепко сжали трофей. В кабинете повисла тишина, нарушаемая только тиканьем настенных часов.
Андрей сидел между нами, уткнувшись взглядом в свой телефон. Мой муж, который обещал, что всё будет честно. Который клялся, что квартира от его бабушки достанется нам — молодой семье, а не его маме, у которой уже есть трёхкомнатная в центре города.
— Андрюша, поехали домой, — свекровь встала, демонстративно положив документы в свою сумочку. — Марина сама доберётся, правда, дорогая?
Я посмотрела на мужа. Он наконец поднял глаза от экрана, и в них мелькнула какая-то виноватая тень. Но только мелькнула.
— Мам, может, обсудим… — начал он неуверенно.
— Что обсуждать? — Галина Петровна повысила голос, и нотариус неловко кашлянул. — Бабушка завещала квартиру тебе, ты переоформил на меня для сохранности. Всё законно. Марина знала об этом с самого начала.
Знала? Я знала совершенно другое. Три месяца назад, когда бабушка Андрея оставила ему однокомнатную квартиру на окраине, мы радовались как дети. Наконец-то у нас появится своё жильё, не нужно будет снимать. Мы даже ремонт спланировали, выбрали обои в спальню.
А потом появилась она. Галина Петровна, милая и заботливая свекровь, которая «просто хочет помочь».
— Детки, есть нюанс с налогами, — сказала она тогда за семейным ужином. — Если Андрюша сейчас оформит квартиру на себя, придётся платить огромную сумму. А если временно переписать на меня, как на близкого родственника, налог будет минимальный. Потом переоформим на вас, когда всё уляжется.
Андрей кивал, соглашаясь с каждым её словом. Я пыталась возразить, что-то внутри подсказывало: не делай этого. Но свекровь так убедительно расписывала выгоду, приводила примеры знакомых, которые «попали на деньги из-за неправильного оформления».
— Маринка, ты что, мне не доверяешь? — обиженно спросила она тогда. — Я же мать Андрюши, неужели я буду вредить собственному сыну?
И я сдалась. Подписала согласие. Поверила.
Сейчас, стоя в кабинете нотариуса, я понимала масштаб своей наивности. Свекровь уже направлялась к двери, Андрей послушно встал следом.
— Андрей, — я окликнула его. — Ты правда уйдёшь вот так? После всего, что мы планировали?
Он обернулся, и на секунду мне показалось, что сейчас он всё исправит. Скажет матери, что она неправа. Защитит нашу семью, наше будущее.
— Марин, не устраивай сцен. Поговорим дома.
Дверь за ними закрылась. Нотариус сочувственно посмотрел на меня поверх очков.
— Молодая женщина, юридически всё чисто. Квартира оформлена на Галину Петровну на законных основаниях.
— Я знаю, — выдавила я из себя. — Спасибо.
Вышла на улицу. Январский мороз ударил в лицо, но я почти не чувствовала холода. В голове крутилась одна мысль: как я могла быть такой дурой?
