— А ты не считаешь? — парировала Елена. — Или считает только твоя мама, причём исключительно мои траты?
В дверь постучали. Елена вздрогнула — она узнала эту манеру стучать. Три коротких удара, пауза, потом ещё два. Галина Петровна.
— Я же говорила, что приеду, как только освобожусь, — Максим бросился открывать дверь с такой поспешностью, словно там стоял президент.
Галина Петровна вплыла в квартиру, как всегда безупречно одетая и причёсанная. Шестьдесят два года, но выглядит на пятьдесят — нужно отдать ей должное. Высокая, статная, с идеальной осанкой бывшей балерины.
— Максимушка, — она чмокнула сына в щёку, затем окинула взглядом Елену. — Елена.
Никаких «доченька», никаких «Леночка». За шесть лет свекровь ни разу не назвала её ласково. Только «Елена», сухо и отстранённо.
— Здравствуйте, Галина Петровна, — Елена заставила себя улыбнуться.
— Я не помешала? — свекровь прошла в гостиную, не дожидаясь ответа. — Максим сказал, что у вас тут какие-то разногласия по поводу финансов.
Елена посмотрела на мужа. Тот избегал её взгляда, делая вид, что очень занят вешалкой для пальто матери.
— Никаких особых разногласий, — сказала Елена, проходя следом за свекровью. — Просто обсуждали семейный бюджет.
— О, семейный бюджет — это очень важно, — Галина Петровна расположилась на диване с таким видом, будто собиралась проводить совещание. — Я всегда говорила Максиму, что нужно тщательно планировать расходы. Особенно когда жена склонна к транжирству.
— Простите? — Елена почувствовала, как внутри поднимается волна возмущения.
— Ну что вы, Елена, не обижайтесь, — Галина Петровна улыбнулась своей фирменной снисходительной улыбкой. — Просто двадцать тысяч на платье для какой-то там племянницы — это явный перебор. На эти деньги можно было купить что-то полезное для дома.
— Например? — Елена скрестила руки на груди.
— Ну, например… — Галина Петровна задумалась. — Можно было отложить на отпуск. Или на ремонт. Или просто сохранить на чёрный день.
— Или на новую шубу для вас? — вырвалось у Елены прежде, чем она успела себя остановить.
Повисла тишина. Максим замер у двери, Галина Петровна медленно повернула голову к невестке.
— Что вы имеете в виду? — её голос стал ледяным.
— То, что за последний год из нашего семейного бюджета на ваши нужды ушло больше трёхсот тысяч рублей, — Елена решила идти до конца. — Но почему-то это не считается транжирством.
— Как вы смеете! — Галина Петровна вскочила с дивана. — Максим, ты слышишь, что говорит твоя жена?
— Лена, извинись перед мамой, — тихо сказал Максим, всё ещё не решаясь войти в комнату.
— За что? — Елена тоже поднялась. — За то, что говорю правду? Или за то, что посмела потратить свои личные деньги без разрешения твоей матери?
— Это не просто мои капризы! — Галина Петровна театрально прижала руку к сердцу. — Я всю жизнь работала, растила сына одна, без мужа! Имею право на достойную старость!
— Конечно, имеете, — согласилась Елена. — Но не за мой счёт. У вас есть квартира, пенсия, сбережения. Вы вполне обеспеченная женщина.
