Он выбежал из кухни, хлопнув дверью так, что посыпалась штукатурка с косяка. Елена осталась сидеть в тишине. Она не плакала. Слезы кончились еще год назад, когда она поняла, что тянет этот брак на себе, как бурлак баржу.
Олег не знал одного. Того, что Елена уже давно не просто «фрилансер-копирайтер», перебивающийся мелкими статьями. Три года назад ей повезло: она нашла постоянного заказчика, крупное маркетинговое агентство. Потом еще одного. Она писала тексты для лендингов, сценарии для роликов, коммерческие предложения. Ее доходы выросли в разы.
Но она молчала. Молчала, потому что видела: стоит в доме появиться лишней копейке, как тут же материализовывалась Тамара Игоревна с очередным «смертельным диагнозом» или Ира с очередной «гениальной бизнес-идеей». И Олег, добрый, мягкотелый Олег, тут же нес все деньги им.
Поэтому Елена открыла секретный счет. Она копила. Копила яростно, отказывая себе во внешних атрибутах богатства. Она ходила в скромной одежде, пользовалась старым телефоном, но цифры в банковском приложении росли. Ее целью была своя квартира. Свобода.
Неделя прошла в режиме «холодной войны». Олег спал на диване, демонстративно не ел приготовленный Еленой ужин и громко вздыхал, разговаривая с мамой по телефону за закрытой дверью. Елена работала. Она сидела за ноутбуком по ночам, когда муж храпел, и выстукивала на клавиатуре свое будущее.
В субботу утром раздался звонок в дверь. Настойчивый, требовательный. Елена, которая только проснулась и варила кофе, вздрогнула. У Олега ключи были.
Она открыла дверь. На пороге стояла Тамара Игоревна собственной персоной. В норковой шубе (кредит за которую Олег выплачивал два года), с массивной сумкой и лицом, полным скорби. Рядом переминалась с ноги на ногу Ира — с заплаканными глазами и свежим маникюром.
— Здравствуй, Лена, — процедила свекровь, проходя в квартиру, не дожидаясь приглашения. — Олега нет?
— Он в гараже, скоро придет. Проходите, раз пришли.
— Мы не в гости, мы по делу, — Тамара Игоревна прошла на кухню, оглядела скромную обстановку с нескрываемым презрением. — Господи, как вы живете… Нищета. А все потому, что хозяйки в доме нет.
Елена промолчала. Она налила себе кофе, не предлагая гостям. Это было грубо, но играть в гостеприимство сил не было.
— Лена, — начала свекровь, садясь на стул. — Ситуация критическая. Ирочке угрожают. Ей нужно отдать долг сегодня. Мы были в банке, нам отказали. У Олега денег нет, я знаю, я у него все выгребла в прошлом месяце на зубы. Осталась только ты.
— Тамара Игоревна, я уже сказала Олегу. У меня нет таких денег.
— Не ври мне! — вдруг рявкнула свекровь, ударив ладонью по столу. — Я знаю, что ты работаешь в интернете! Олег говорил, ты там сидишь сутками. Небось, получаешь неплохо, раз на шее у мужа не сидишь.
— Я оплачиваю половину аренды и покупаю продукты. Это называется «на шее»?
— Ты должна помочь семье! — всхлипнула Ира. — Лена, ну пожалуйста! Меня же убьют!
— Ира, продай телефон. Продай шубу. У тебя же есть вещи.
