В дверь позвонили. На этот раз это была доставка мебели. Привезли новый, роскошный диван, который она выбрала сама, не советуясь ни с кем, не слушая нытье о том, что «это непрактично» или «слишком марко».
— Куда ставить, хозяйка? — спросил крепкий грузчик.
— В центр гостиной, — скомандовала Елена. — Так, чтобы было видно весь город.
Она смотрела, как грузчики распаковывают ее мечту, и чувствовала, как внутри разливается тепло. Это было чувство дома. Настоящего дома, где тебе рады, даже если ты там одна. Особенно, если ты там одна.
Потом она села за ноутбук. Работа не ждала. Но теперь каждое слово, которое она печатала, каждый рубль, который она зарабатывала, шел на созидание ее мира. И никакие «родственники» больше не могли пробить брешь в ее крепости.
Она вспомнила лицо Иры, когда та увидела баланс на счете. Жадность, смешанная с завистью. Это было отвратительно. И как же хорошо, что это произошло. Если бы не тот случай, она, возможно, еще годы тянула бы эту лямку, жалея Олега, надеясь на чудо.
Чудо не произошло. Она сотворила его сама.
И пусть свекровь воет на всех углах, какая Елена плохая. Пусть рассказывает соседям байки о неблагодарной невестке. Елене было все равно. Она знала правду. И эта правда была написана на ее банковском счете, в ее документах на квартиру и, главное, в ее спокойных, уверенных глазах, которые смотрели на нее из зеркала в новой, светлой прихожей.
— Ты справилась, — сказала она своему отражению. — Ты молодец.
И отражение улыбнулось ей в ответ — искренне, счастливо, свободно.
