— Тётя Лида, я тут друга завтра пригласил. Надо кое-что обсудить по ремонту. Ты ведь не против?
Лидия Николаевна смотрела на него, не веря своим ушам.
— Кирилл, ты это серьёзно? — её голос дрожал от возмущения. — Ты пригласил в мой дом постороннего человека, даже не спросив, удобно ли мне?
— Да ладно тебе, тётя! — Кирилл панибратски хлопнул её по плечу. — Ты всегда такая гостеприимная была. И потом, мы же родня! Неужели нас на улице оставишь?
Из комнаты послышался крик детей, спорящих за игрушку. Анна, глянув в ту сторону, громко и равнодушно крикнула:
— Дети, потише! Лидия Николаевна устала.
Но, похоже, никому не было дела до того, что это дом Лидии Николаевны, что она устала и хочет спать. Тетушка вздохнула, глядя хаос, который теперь царил в её тихой уютной квартире. В голове была только одна мысль: «Как всё это закончить, не сорвавшись на крик?»
***
Ранним утром Лидия Николаевна проснулась от непривычных звуков. Сквозь тонкие стены доносился детский смех, стук и глупые мультяшные голоса. Она накинула халат и вышла в коридор, пытаясь прогнать остатки сна.
Вечером Лидия Николаевна навела порядок на кухне, но сейчас она выглядела так, словно здесь побывали дикие племена. Крошки на столе, пролитый чай, гора грязной посуды в раковине. Анна, стоя у плиты, варила себе кофе, что-то тихонько напевая. В ушах были наушники, поэтому жена племянника даже не заметила хозяйку квартиры. Лидия Николаевна дотронулась до ее плеча.
— Анна, доброго утра. Это всё дети? — голос Лидии был спокойным, но чувствовалось напряжение.
Анна повернулась к ней и с улыбкой ответила:
— Ага! Они вчера были так взволнованы из-за потопа и переезда, что до сих пор не могут успокоиться. Но вы не переживайте, я всё уберу.
Лидия кивнула, включила чайник и попыталась не замечать весь этот бардак. Из гостиной доносился смех Кирилла: племянник развалился на её любимом кресле с телефоном, дети носились по комнате, а недавно повешенные новые светлые шторы были сорваны с крючков и испачканы. Дети их использовали как шалаш. «Ничего, уедут — я всё перестираю», — сказала сама себе Лидия Николаевна, а потом обратилась к племяннику.
— Кирилл, ты не мог бы сказать детям, чтобы были потише? — сдержанно попросила она.
— Да ладно тебе, тётя, они ж дети! — отмахнулся он. — Им весело, пусть побегают. Неужели тебе какие-то шторы дороже детей?
Лидия Николаевна сжала губы, чтобы не ответить. Ей все труднее было сохранять спокойствие.
Вечером к Лидии заглянула на чай соседка Нина. Женщины закрылись на кухне, и только тут Лидия не выдержала и выговорилась:
— Нина, ты не представляешь! Свалились как снег на голову, ведут себя как хозяева. Ни порядка, ни уважения! Я вчера хотела варенье сварить, так нет: сначала накинулись на ягоду, потом сели чаи гонять…
Нина отпила чай и сказала:
— Лидочка, если ты сама не обозначишь границы, никто за тебя этого не сделает.
Лидия задумалась. «Правда, а почему я боюсь сказать им, что мне неудобно?» — пронеслось в голове.
