– Ты жил для себя, Володя. Для того, чтобы всё было так, как тебе удобно. Только теперь это изменится.
– Мам, я горжусь тобой! — Олеся, как всегда, заехала к Лидии на обед. — Но папа, конечно, будет в бешенстве. Ты же знаешь, он не умеет справляться с переменами.
– Он просто привык, что всё по его правилам, — Лидия устало вытерла руки о полотенце. — Думает, что я ни на что не способна. А я… я хочу попробовать, Олесь. Хочу хотя бы раз пожить так, как мне хочется.
– И правильно! — Олеся улыбнулась, но в её глазах читалась тревога. — Ты только не сдавайся. А Павел? Как он?
– Павел… — Лидия задумалась. — Он, похоже, начинает задумываться. Я слышала, как он пытался что-то сказать отцу, но пока боится. Видно, что ему нелегко.
– Он разберётся. Главное, ты должна быть уверенной в себе. Папа всегда играл роль начальника, а ты для него — подчинённая. Теперь ему нужно понять, что это больше не так.
Лидия посмотрела на дочь с благодарностью. Её слова поднимали что-то новое и сильное внутри, словно долго дремавший стержень наконец начал пробуждаться.
Вечером, когда Владимир уехал на дачу, Павел зашёл в дом. Он был странно задумчив.
– Мама, а ты серьёзно всё это начала? — спросил он осторожно.
– Да, Паша, серьёзно. Я не могу больше жить так, как раньше. Тебя это пугает? — Лидия смотрела на сына с тревогой.
– Нет, не пугает, — Павел опустил глаза. — Просто… это странно. Ты всегда была тихой. Я привык думать, что тебе это нравится.
– Мне никогда это не нравилось, сынок. Просто я боялась. А теперь уже не боюсь.
Павел молча кивнул. Его лицо будто говорило: он начинает видеть мать с другой стороны.
***
На следующий день Владимир вернулся с дачи раньше, чем ожидалось. Лидия готовила ужин, когда он вошёл на кухню, грохнув пакет с продуктами на стол.
– Ты решила, что теперь можно обо мне не заботиться? — начал он с порога. — Порядок в доме пропадает, ужин опаздывает. Это твоя идея о «новой жизни»?
Лидия, не оборачиваясь, спокойно перемешивала суп.
– Володя, если хочешь, можешь сам закончить ужин. Я сделала всё, что планировала, — её голос звучал ровно, но решительно.
– Ах, ты решила поиграть в бунтовщицу? — его голос задрожал от злости. — Кто тебя настроил? Олеся?
– Это моё решение. Мне не нужно чужое разрешение, чтобы жить так, как я хочу.
Владимир замер. Он не знал, как реагировать. Всю жизнь он чувствовал себя хозяином положения, и вот теперь привычная система дала сбой.
Позже, за ужином, вся семья собралась за столом. Атмосфера была напряжённой, разговоры — редкими. Павел заметно нервничал. Олеся, напротив, выглядела уверенной.
– Мама, как твои дела? — вдруг спросил Павел, разрывая молчание.
– Хорошо, сынок. Сегодня подала заявку на курсы танцев, — с лёгкой улыбкой ответила Лидия.
– Курсы танцев? — Владимир чуть не уронил вилку. — Ты же всегда говорила, что это глупость.
– Это ты говорил, что это глупость, — поправила его Лидия. — А я всегда мечтала попробовать.
