Уже на следующий день после визита к нотариусу я нашла независимого юриста по корпоративным вопросам и принесла ему весь комплект документов. После двух часов разговора мне стало предельно ясно: становиться участницей примитивного вывода активов из проблемной компании я не собираюсь.
Поэтому любое движение имущества из «СтройГрада» в «НовыйГрад» проходило только через оценку и только с настоящей оплатой. Деньги поступали на счета старой фирмы и оттуда направлялись банкам, подрядчикам и поставщикам. Часть техники я вообще не позволила переоформлять: она осталась на балансе «СтройГрада» и передавалась новой компании в аренду на обычных договорных условиях.
В тонкости этих схем Дмитрий почти не вникал.
Его занимало совсем другое: все новые договоры теперь шли через фирму, которую он в глубине души считал своей. Просто, как ему казалось, на время записанной на жену.
— Главное, чтобы процесс не останавливался. Потом всё вернём назад, как и было, — не раз говорил он.
Я каждый раз кивала:
— Разумеется.
И здесь мне приходится сказать честно: где-то через месяц мне уже стало нравиться, что он ничего не замечает.
Поначалу я просто выстраивала защиту для себя. Но потом поймала себя на странном, почти ребяческом удовольствии. Дмитрий приходил домой, кидал ключи на тумбу в прихожей и с важным видом рассказывал, какие решения он сегодня принял в новой компании. Хотя половину этих решений я утвердла ещё утром, до его появления в офисе.
Иногда мне очень хотелось прямо за ужином поднять глаза и спокойно сказать ему правду.
Но я молчала.
Просто сидела, жевала салат и слушала.
Наверное, это было мелко. В чём-то даже некрасиво.
Но после стольких лет, когда мои идеи он выдавал за собственные, я впервые позволила себе не вытаскивать его из ловушки собственного самодовольства.
Самое смешное заключалось в том, что я ведь не лгала.
Бизнес действительно работал.
Только прежнего «как было» уже больше не существовало.
Я собрала новую бухгалтерию, заменила часть подрядчиков, сама прошла по договорам с поставщиками и впервые за десять лет смогла принимать решения без Дмитрия за спиной, который обычно снисходительно объяснял мне, что женщинам лучше держаться подальше от «настоящих дел».
Спустя три месяца «НовыйГрад» уже уверенно держался на плаву. «СтройГрад» тем временем продолжал закрывать старые долги, рассчитываться по обязательствам, но несколько неудачных объектов всё равно тянули компанию ко дну.
И вот однажды вечером Дмитрий позвал меня в домашний кабинет.
Он сидел за столом в обычной футболке, перелистывал папку с бумагами и выглядел почти удовлетворённым.
— Ну что, Марин, пора возвращать всё на место, — сказал он буднично. — Я с Кириллом уже обсудил. Завтра заедем к нотариусу, ты подаришь мне долю. Пятнадцать минут — и тема закрыта.
Я опустилась в кресло напротив и ровным голосом ответила, что завтра никуда не поеду.
