— Галина, может, обсудим? Ты же не хочешь конфликт…
Она повернулась к нему, её глаза метали молнии.
— Хочешь мир, Сергей? Тогда объясни мне, почему меня превращают в тень. Или это тоже ради искусства?
Её слова повисли в воздухе, отрезая всякую надежду на примирение.
***
Поздно вечером, сидя у себя дома, Галина Ивановна осторожно достала из шкафа старый альбом. Пожелтевшие фотографии, афиши прошлых спектаклей, заметки режиссёров — все это было как глоток воздуха для души. Здесь она была звездой. Её имя — в центре каждой афиши. Её лицо — на всех фотографиях с триумфальными выступлениями.
Она задержалась взглядом на одной из афиш. Крупными буквами: «Галина Ивановна в главной роли». Подпись «незабываемая» сделана на углу от руки Виктора. Он тогда гордился ей, всегда говорил, что Галина — душа театра. А теперь? Теперь он готов заменить её, как ненужный реквизит.
— Наивный, — прошептала она. — Думает, что новенькая вытянет этот спектакль?
Вспомнив лицо Анны, Галина почувствовала смешанные чувства. Девчонка действительно талантлива. Но быть талантливой недостаточно. Театр — это не только искусство, это борьба за место под солнцем. И она, Галина, знает эту борьбу как никто.
Следующим утром Галина пришла на репетицию с намерением взять ситуацию под контроль. Её присутствие, как обычно, сразу же ощущалось: коллеги замолкали, словно бо́ялись сказать что-то не то.
Анна стояла в центре сцены, делая разминочные упражнения. Увидев Галину, она обрадованно подняла руку:
— Галина Ивановна, доброе утро! Может, посмотрите мой этюд? Я так хотела бы услышать ваше мнение…
— Мнение? — Галина окинула её взглядом. — Девочка моя, тебе сейчас нужно не мнение, а крепкий фундамент. Этюды, конечно, важны, но без настоящего опыта это просто красивые движения.
Анна смутилась, но попыталась держаться уверенно.
— Я стараюсь. Если есть ошибки, я буду рада их исправить.
— Ошибки? — Галина фыркнула. — Ты даже не представляешь, сколько их у тебя. Пойми, сцена требует не стараний, а силы. Настоящей, внутренней силы. Но продолжай, я посмотрю.
Анна начала, вложив в исполнение всё, что могла. Но на каждом шаге Галина останавливала её, внося резкие коррективы.
— Остановись! — воскликнула Галина. — Вот это движение. Что ты делаешь? Пытаешься быть элегантной? Это выглядит, как будто ты танцуешь на свадьбе.
Анна покраснела, но продолжила.
Виктор Сергеевич наблюдал за этим издалека, находясь за кулисами. Когда Галина ушла на перерыв, он подошёл к Анне.
— Не принимай это близко к сердцу, — тихо сказал он. — Она просто боится перемен.
Анна улыбнулась, хотя в глазах были слёзы.
— Я знаю. Я действительно хочу, чтобы она была рядом. Может, со временем она примет меня.
Виктор положил руку ей на плечо.
— Главное, не сдавайся. Тебя взяли сюда за талант, а не за красивую улыбку.
Анна кивнула, но внутри её уже разъедала неуверенность. Она хотела доказать Галине свою ценность, но с каждым её словом это казалось всё более невозможным.
***
