Анна, наблюдая за ней из гримёрки, чувствовала гордость. Несмотря на боль в лодыжке, она знала: это её победа. Не над Галиной, а над обстоятельствами, над собственной неуверенностью.
После финальных аплодисментов Галина замерла на сцене. Цветы, овации — всё, что раньше приносило ей радость, теперь было пустым. Она посмотрела на Анну, стоящую за кулисами, и впервые за долгое время почувствовала, что её время ушло.
Галина подошла к Анне и тихо сказала:
— Хорошая работа. Но помни, театр — это не только сцена. Это борьба. Будь готова.
Анна кивнула, её глаза блестели от слёз. Этот момент означал конец одной эпохи и начало другой.
***
Галина Ивановна сидела в пустом театре, её вещи были собраны в небольшой чемодан. Она намеревалась покинуть сцену навсегда. Свет выключился, оставив её в полумраке. Внезапно её телефон завибрировал. Она посмотрела на экран и нахмурилась: звонил её сын, с которым она почти не общалась.
— Саш, что случилось? — спросила она, чувствуя, как в груди зарождается тревога.
На другом конце раздался уставший голос:
— Мама, прости, что так поздно. Мы с Леной… Мы разводимся. Я знаю, ты занята, но мне нужна помощь. Дети… они останутся со мной.
Галина молчала. В ушах звучали аплодисменты, которые она слышала последние тридцать лет. Её имя знали все в этом городе, но сейчас оно значило так мало.
— Мама? Ты меня слышишь? — голос сына был полон надежды и отчаяния.
— Сколько им сейчас? — тихо спросила она.
— Полине семь, Егорке пять. Ты же понимаешь, я не справлюсь один.
Галина задумалась. Она привыкла быть центром внимания, привыкла, что её мир вращается вокруг сцены. Но сейчас на другом конце провода был её сын, которому она давала меньше внимания, чем своим ролям.
— Приезжайте ко мне, — наконец ответила она. — Завтра.
Утром она встретила их у своего старого дома. Дети прятались за ногами отца, осторожно разглядывая бабушку. Полина держала в руках потрёпанного плюшевого мишку, а Егорка теребил куртку.
— Бабушка, ты актриса? — внезапно спросила девочка. — Папа сказал, ты играла в сказках.
Галина улыбнулась и присела перед ней на корточки.
— Бабушка больше не играет. Но знаешь, сказки лучше рассказывать. Хочешь, я тебе расскажу одну сегодня вечером?
Девочка кивнула, её глаза загорелись интересом.
Дни проходили в заботах. Полина и Егорка требовали внимания, но Галина неожиданно почувствовала, как театр отходит на второй план. Вместо репетиций она учила Полину читать стихи и придумывала с Егором спектакли с куклами. Впервые за много лет она жила без постоянной гонки за признанием.
Однажды вечером Галина сидела на кухне, проверяя домашнюю работу Полины. Егорка тихо подошёл к ней с цветком, который сорвал на улице.
— Бабушка, ты красивая. Как принцесса, — сказал он, протягивая ей ромашку.
Галина рассмеялась, а потом вдруг поняла: её сцена не исчезла. Просто она стала другой.
Через несколько месяцев она случайно встретила Виктора Сергеевича. Тот был удивлён её переменам.
