— Мама! — раздражённо говорил сын. — Я слышал историю твоей Ульяны триста раз! Ничего с ней не стало, выздоровела, бегает, как лошадь, встретил сейчас её на лестнице! А ты всё киснешь! Что у тебя опять болит?
— Ничего, — всхлипывая и обиженно поджимая губы, говорила мать.
— Ну, а раз ничего, то поеду я, дел полно.
Никаких дел у него не было. Макс планировал провести этот вечер в блаженном ничегонеделании у телевизора, он очень устал на работе, прямо не заходя домой поехал к матери, целый час потерял на поездку и выслушивание надуманных жалоб. Он был раздражён.
— Ну, как Анна Леонидовна? — спросила с порога Клава, когда Макс вернулся домой.
Она тоже недавно пришла с работы, но уже успела приготовить ужин и слегка прибраться в квартире.
— Да ну её! — махнул рукой Макс, надевая домашние тапочки. — Выдумывает опять. В боку закололо у неё. Я говорю, что ты мне-то звонишь? Вызывай скорую! Я не врач. А она плачет.
Клава укоризненно покачала головой и нахмурилась.
— Пожилые люди всегда так… Сколько ей? Уже семьдесят шесть скоро. Моя бабушка, когда стала совсем старенькая, то маме звонила, если что. Хотя приехать мама не могла, нас разделяли триста километров… Но поговорит и ей полегче. Мама ей про таблетки напомнит, посоветует что-нибудь. Ну, а уж если совсем плохо, то тогда скорую, конечно, надо.
— Да ну её! Надоела, — Макс махнул рукой и, взяв пульт от телевизора, уселся в кресло.
Клава, продолжая неодобрительно хмуриться, отправилась обратно на кухню, нужно было ещё кое-что доделать…
***
— Да что же это такое… — в груди у Клавы поднималось беспокойство. Дрожащими руками она открыла сумочку и достала ключ. Вот уже пять минут она звонила в дверной звонок, но свекровь не открывала. Время было позднее, наверное, все соседи уже спали, но Клава решительно постучала в дверь. Получилось довольно громко. Потом ещё… Тишина.
— Не пойму, как открыть… — бормотала себе под нос Клава, возясь с замком. — Господи, да скорее же! Что за ключ такой странный, как его вставлять-то?!
Клаве никогда не приходилось открывать дверь квартиры свекрови. Наконец замок щёлкнул, и перед женщиной предстала тёмная прихожая. Она сделала шаг и увидела свекровь. Пожилая женщина лежала на полу в комнате в неестественной позе, а рука её сжимала телефон. Даже при свете ночника было видно, какая она бледная.
Клава на секунду зажмурилась от ужаса, а потом кинулась вызывать скорую. Пальцы дрожали, и она даже выронила телефон на пол.
***
— Ты где там пропала? — звонил Макс. — На часы смотрела? Три ночи уже. Я поспал и выспался уже, а тебя всё нет.
— Макс! Макс… Твоей маме очень плохо. Нужно было раньше приехать, сразу, как она позвонила. Пока мы с тобой рассуждали и ругались… — Клава пыталась справиться с рыданиями. — Пока мы ругались, она… Ей стало хуже, она упала, ударилась головой. В общем, и перелом, и сотрясение и много чего ещё… Врач сказал, что я вовремя успела, ещё бы чуть-чуть и… Сейчас сижу в коридоре больницы, к ней меня пока не пускают.
