— Бог тебе судья, — тихо ответила Инга и прервала связь. На душе у неё было паршиво.
— Мамочка не плачь, — сказала подошедшая к ней Настя.
Они обнялись и долго сидели вместе. Без Виталия Романовича дом опустел, и было очень-очень тоскливо.
После того, как Инга все заботы по организации печальных мероприятий взяла на себя и справилась с этим с огромным трудом, позвонил муж и заявил, что требует развода.
— Послушай, мне сейчас не до этого, у меня папы не стало буквально на днях, я занималась похоронами, вымоталась и ужасно себя чувствую, — сказала Инга и глаза её снова стали мокрыми. Она думала, что муж хотя бы выразит ей соболезнования.
— Мне всё равно, что там у тебя произошло. Мне нужен развод, я женюсь на другой, — резко ответил муж.
Инга, в очередной раз, удивившись тому, какие бесчувственные люди её окружают, заверила Андрея в том, что тоже с большим удовольствием с ним разведется.
— Быстро же ты мне замену нашел, — сказала она и прервала связь.
Но оказалось, что грустные переживания ещё не закончены.
«Все словно сговорились и звонят наперебой, чтобы потрепать мои нервы!» — подумала Инга, снова беря в руки сигналящий телефон. Сестра. Что ей надо?!
— Как будем недвижимость-то делить? — с места в карьер задала Соня вопрос. — Папки-то не стало. Я дочь. Наследница.
— Вспомнила! — саркастически заметила Инга. — Еще совсем недавно ты говорила, что он тебе никто.
— Так, хватит мне зубы заговаривать! Как делить квартиру будем, спрашиваю? Мама сказала…
— Ах да! Мама! Как я сразу-то не догадалась! Это она тебя надоумила. Ну да, понятно. А вот нечего делить-то. Квартира моя. Отец мне её подарил.
— Ах ты! Да я… Да ты… — от возмущения Соня не находила слов. — Воровка!
Сестра бросила трубку, но через пять минут перезвонила мать. Она стала кричать и обвинять Ингу в том, что та поступила нечестно. И надо все исправить, поделить наследство поровну. Потому что сестре тоже нужно отдельное жильё, у неё двое детей. Она мучается в тесноте.
Инга подумала о том, что больше всех, наверное, мучается сама мать, вот потому так и печётся о наследстве. Но вслух она сказала другое.
— Что там делить? Это однушка.
— Ну и что! Так несправедливо! Ишь, заграбастала всё себе! Негодяйка!
Инга не стала слушать мать. Она прервала разговор и просто молча занесла в черный список и её номер, и номер сестры. Всё. У неё больше нет родственников. Немного страшно остаться совсем одной, хотя… у неё же была Настя! А чем такие родственники, так уж лучше никакие. Ведь выходит, что кроме отца в этом странном семействе её по-настоящему никто и не любил…
Жанна Шинелева
