— Ну? Что? Плохо там? Иль хорошо? — Вера Никитична от нетерпения и волнения елозила на кушетке, как на углях.
— Лежите не шевелитесь! — скомандовала Вика и принялась снова сосредоточенно водить датчиком по животу пожилой женщины.
— Дочка… Ты уж прости… — ни с того, ни с сего принялась каяться испуганная Вера Никитична. — Ну, характер у меня дурной, склочный. Да и одна я живу, успокоить некому, если что покажется, поговорить тоже не с кем. А вы…
— Всё, вставайте! — скомандовала Вика и выключила прибор.
— Что теперь со мной будет? — севшим голосом спросила пожилая женщина.
— А ничего, — улыбнулась Вика. — Жить будете долго и счастливо. На жирное и соленое только не налегайте.
— Как?! — удивилась Вера Никитична и выронила из рук свою кофту. — У меня все нормально?
— Ещё как! Хоть в космос. Одевайтесь скорее, там следующий пациент ждет, — сказала Вика, пряча улыбку.
***
— Ты бы видел её лицо! — рассказывала Вика вечером мужу.
— Конечно, будет какое угодно лицо, если врач, осматривая тебя, молчит и хмурится, — улыбнулся Александр. — Всё на свете передумаешь!
А Вера Никитична рассказывала тем временем про свой визит в поликлинику соседке снизу.
— Всех святых вспомнила! Во до чего напугалась! Думала там у меня уже всё, конец.
— А я знала, что она врач, — сказала соседка задумчиво, — Но только не знала какой…
— Теперь знай: хороший! — улыбнулась Вера Никитична. Она была очень рада, что у неё со здоровьем всё в порядке.
На следующий день она купила в магазине пирог и отправилась к Вике, Александру и Павлику в гости. Был выходной и все как раз находились дома.
— Опять шумим? — нахмурившись, спросила Вика, едва открыв дверь.
— Нет… Всё нормально… А… я на чай к вам. Можно? — засмущалась Вера Никитична. — Извиниться пришла.
— Проходите, — легко согласилась Вика и пригласила старушку на кухню.
Они сидели и пили чай с пирогом. Тикали часы на полке, шипел закипающий чайник. Было очень уютно и душевно, как будто бы они сидели в кругу семьи. Вика краем глаза рассматривала старушку. Не такая уж она и грозная оказалась. Что там говорила соседка? Вероятно лет девяносто ей. А родственников никого рядом нет. Вот и чудит от одиночества, наверное…
— Вы уж простите меня, старую. Возраст берёт своё, — сказала старушка и прослезилась.
— А вы больше не будете на нас в полицию жаловаться? — спросил Александр.
— Не буду, обещаю. На своей шкуре проверила, почему люди говорят «не плюй в колодец, придется водицы напиться». А я туда выходит, вон как наплевала, сама себе всё напортила, — сказала Вера Никитична и усмехнулась.
Все засмеялись, даже малыш Павлик, который тоже сидел за столом и жевал пирог. Мама не упустила возможности повоспитывать его:
— Вот видишь! Плеваться нехорошо, — с улыбкой сказала Вика и погладила сына по голове.
Жанна Шинелева
