Так и выживала, пока на работу не устроилась. Да и после тоже подворовывала помаленьку. Так наловчилась, что бывшие её «учителя», наверное, сами бы теперь у неё поучились. Но так жить она не собиралась, а всё завязать хотела с этими нечестными делами, остепениться и завести семью…
…И вот однажды, когда Люська зашла в чужой подъезд, поднялась по лестнице на второй этаж, и стала ходить по лестничной площадке, присматриваться, да прислушиваться, то увидела, что дверь у одной из квартир не заперта. Мигом сориентировавшись, шмыгнула Люська туда и притаилась в коридоре. Смотрит, обстановка бедная, и брать-то нечего. Хотела она уже из квартиры выходить, как слышит голосок детский из комнаты:
— Тётя, не уходите, пожалуйста, мне одной страшно.
Прошла Люська в комнату, смотрит, девочка маленькая на полу сидит, коленки руками обняла и голову на них положила. Сама лохматая, худая, чумазая…
— Мама ушла… Она так уже делала. Я привыкла. Я всегда оставалась одна и не боялась. А сегодня что-то долго её нет, она, наверное, забыла про меня, а мне чудище привиделось, вон, из-под дивана смотрит, и я пошевелиться даже боюсь, — тихо сказала девочка.
— А что ж у вас дверь-то не закрыта? — спросила Люська.
— Да там замок сломался, давно уже. А новый купить — у мамы денег нет.
Тут Люське так жалко стало эту девочку, аж глаза защипало. И показалось ей, что это она сама, как будто в детство своё попала. Ведь это она точно так же часто оставалась одна в квартире никому не нужная. И ей тоже было страшно и виделись из углов всякие чудовища. Ведь это её мать покормить забывала иногда, и денег у неё всегда хватало на «горькую», но не хватало на фрукты и сладости для Люськи. Это она ходила чумазая, в одной и той же одежде, которая была давно мала, потому что новую не на что было купить…
Вдруг из-под дивана послышалось шипение. Люська испугалась не меньше девочки и вскрикнула. А девочка ещё сильнее сжала руками коленки и, зажмурив глаза от страха, спрятала в них голову.
Люська решительно включила свет, потому что в комнате был полумрак и, взяв из угла веник, бесстрашно заглянула под диван. Оттуда на женщину смотрели два сверкающих глаза.
— Это кот, — с облегчением сказала Люська, — А ну вылезай, бесстыдник! Напугал всех!
—Но у нас нет кота, — не решаясь раскрыть глаза, проговорила девочка.
— Наверное, соседский забежал в гости, дверь ведь у вас приоткрыта, — сказала Люська и стукнула по полу веником.
Абсолютно чёрный кот стремглав бросился вон из-под дивана и в два прыжка запрыгнул на какое-то пальто, висящее в коридоре на вешалке. Он накрепко вцепился в пальто и с бешеным видом повис на нём, не сводя выпученных глаз с веника.
Девочка, которая, наконец, осмелилась открыть глаза и наблюдавшая эту сцену, громко рассмеялась.
— Наверное, его веником гоняли, и кот привык, что его надо бояться!
