— Не. Я полежу чуток, посплю. Устала, жуть, — зевая, проговорила Злата и, блаженно растянувшись, прилегла на диван.
Так и жили.
Кое-как с нытьём, стенаниями и всесторонней помощью Злата продержалась до трёхлетия малыша, а потом сбежала устраивать молодую жизнь, не забыв прихватить двадцать тысяч из шкатулки, в которой мать хранила деньги на покупку продуктов. Мать плакала и заламывала руки, а Тимофей Максимович поворчал, поругался, а что было делать?
Ушла Элла Сергеевна со своей работы и устроилась в другое место на полставки, стала растить внука.
Незадолго до того, как Злата сбежала, её сыну Антону дали место в яслях. Утром малыша отводила в ясли Лада, а приводила домой Элла Сергеевна. Только вскоре она и Тимофей Максимович сильно разболелись. Пришлось Ладе брать на работе отпуск за свой счёт и выхаживать родителей, которых поразил вирус, и одновременно заботиться о малыше-племяннике. К счастью, каким-то чудом Ладу и Тошу вирус обошёл стороной, и они не заболели.
Выздоровев, родители ещё долго восстанавливались, и за это время Антоша так привык к Ладе, что начал называть её мамой. Элла Сергеевна всегда поправляла внука и говорила, что это тётя, а не мама, а мама далеко уехала, но обязательно вернётся, потому что очень скучает по Антоше. Тимофей Максимович при этих словах супруги, всегда угрюмо молчал, но Лада видела, как на скулах отца ходили желваки.
— Конечно, что и говорить, девка непутёвая у нас получилась, — говорила Элла Сергеевна мужу. — Однако, я думаю, что она вернётся. Одумается и вернётся, вот увидишь. Сердце не камень, сынок у неё родной тут остался, должны же человеческие чувства взять верх! Нагуляется, вернётся.
Так и вышло. Спустя год, Злата явилась домой, как ни в чём не бывало. Прямо с порога она кинулась к сыну со словами «моя кровиночка!». Тоша испугался и закатил истерику. Он никак не хотел даже подходить к родной матери, которую совсем не помнил и не узнавал, жался к Ладе и прятался за её спину.
Стараниями бабушки, спустя два дня, кое-как перемирие между ними наступило и пару раз Злата даже вышла с Тошей на прогулку, гордо показав местным кумушкам, какая она образцово-порядочная мать. Где она была целый год, Злата не признавалась, но мать догадывалась, что личная жизнь видимо у дочери не сложилась, потому она и вернулась к родителям.
— Вот счастье-то! Одумалась наша девочка, остепенилась, — радовалась Элла Сергеевна, тихонько разговаривая с мужем и глядя в окно на гуляющую на детской площадке младшую дочь с внуком.
— Я бы ей не стал доверять, — качал головой отец. — Деньги, смотри, не давай, всё одно промотает. Пусть на работу устраивается.
— Устроится, устроится, она обещала, — уверенно заявляла Элла Сергеевна. Она думала о том, что, наконец, всё у них будет хорошо.
